А Элизабет, сложив руки на груди, улыбнулась — без капли тепла, без намёка на прежнюю женщину. Только холод и решимость.
Глава 15
— Когда вы в последний раз видели своего мужа? — начал Том, щурясь на солнце.
Элизабет смотрела на него прямо. Ровно. Без тени сомнения в голосе:
— Больше месяца назад. Он разрезал мне лицо и воткнул нож в палец. После этого я его не видела.
Том моргнул, нахмурился, сделал шаг вперёд:
— Вы... серьёзно?
— Это шутка такая по-вашему? — Элизабет подняла руку. На пальце — шов, аккуратный, но видимый. А вот шрам на скуле уже почти скрывал макияж.
— Почему вы не сообщили?
— Потому что не видела смысла. Потому что устала. Потому что он исчез, а меня спасали. Подойдёт хоть один из этих вариантов?
Нейтан медленно выдохнул.
— Он часто поднимал на вас руку?
— Нет, это было впервые. Он бил меня обычно словами. Иногда — просто взглядом. Но этот раз... этот раз был последним.
— Что стало поводом?
— Ему не понравился мой блог.
Том быстро что-то записывал. Нейтан напряжённо молчал, ведь это он сказал никому не сообщать про нападение.
— Вы обратились к врачу?
— Нет.
— Почему тогда не сообщили?
Элизабет посмотрела на Тома, прищурившись:
— Вы правда думаете, что женщины бегут в полицию каждый раз, когда их избивают? Вы же сами всё видите. Не до вас было.
— У вас был мотив, — сухо сказал Том. — И вы не сообщили о нападении. Более того — вы радуетесь его исчезновению.
— Я не радуюсь, — холодно ответила Элизабет. — Я просто живу.
Нейтан нахмурился ещё сильнее:
— Вы не похожи на себя, Эли.
— А ты наивно полагал, что я останусь прежней? — она усмехнулась. — Слабой?
Наступила пауза.
— Вы знаете, где он может быть?
— Если бы знала — первым делом сдала бы. Но, увы. Мне всё равно.
Том побледнел от такой прямоты. А Нейтан только прошептал:
— Вы ненавидите его.
Элизабет тихо, почти с наслаждением:
— Всей душой. Он сломал мою дочь. И чуть не сломал меня. Я вернулась только ради неё.
И тут к дому подъехала машина.
Мел.
Она вышла из машины, на плече — рюкзак, в глазах — тревога. Ища взглядом мать, она заметила полицейских.
— Мама? Что случилось?
Элизабет на секунду отвела взгляд от мужчин и снова стала собой. Мягче. Но не до конца.
— Всё хорошо, милая. Просто дежурные вопросы. Иди в дом. Сейчас зайду.
Но Мел стояла на месте. Что-то в матери пугало её. Особенно этот тон. И слова.
Том, сжав губы, перевёл взгляд с Элизабет на Мел и снова на Элизабет.
— Мы бы хотели задать пару вопросов и вашей дочери, — произнёс он осторожно. — Конечно, в вашем присутствии. Это стандартная процедура.
Мел замерла. Её пальцы сжали лямку рюкзака.
— Мне что-то... тоже надо сказать?
Но прежде чем она успела сделать шаг, Элизабет мягко, почти ласково, подняла руку, останавливая её.
— Нет. Не надо. — Она повернулась к Тому, и голос её стал другим. Нежным. Почти домашним, но с той же твёрдой решимостью, что минуту назад звенела в словах. — Мел — несовершеннолетняя. Она не будет участвовать в этом.
Нейтан внимательно наблюдал за ней. Он всё ещё не привык к новой Элизабет — с короткой стрижкой и с ледяным тоном. Но сейчас, когда рядом стояла её дочь… что-то изменилось.
Её голос стал теплее, плечи опустились, даже взгляд смягчился. Он узнал ту Элизабет, которая однажды принесла одеяло раненому щенку, которого подобрали дети на улице. Та же доброта. Та же забота. Но под новой бронёй.
— Вы уверены? — уточнил Том, недовольно глядя в блокнот.
— Абсолютно. Она моя дочь. И я не позволю вам копаться в её голове, как будто она у вас на допросе. Ей и так досталось.
— Это может быть важно для дела.
— Вы уверены, что это всё ещё дело, а не охота? — парировала Элизабет, не повышая голоса. — Или вы просто не знаете, с чего начать, и решили идти по кругу?
Мел не сводила с матери взгляда. Не понимала, что именно сейчас происходит, но внутри нарастало странное чувство... как будто мир качнулся.
— Мама...
— Всё хорошо, — Элизабет повернулась к ней и кивнула. — Зайди, милая. Я через минуту.
Нейтан сделал полшага вперёд.
— Она для тебя всё, да?
Элизабет впервые за всё время позволила себе настоящую улыбку. Не горькую, не колкую. Тихую. Настоящую.
— Единственное, что осталось.
— Ты изменилась.
— Я просто выбрала сторону.
Когда дверь захлопнулась за Элизабет, Нейтан остался стоять, слегка наклонив голову. Том закрыл блокнот, но не убрал его в карман — просто держал в руках, постукивая пальцем по обложке.
— Ну и что ты об этом думаешь? — первым заговорил Том.