- Отлично, полезли скрытые мотивы, о которых я говорил в начале! - окончательно восторжествовал Феникс. - Ван-сяньшен, видно, премьер-министр Лунного Союза недостаточно выдрессировала вас, чтоб заставить молчать. Может, расскажете и об остальных причинах?
Ван Минь залепетал что-то на своем языке. Премьер Союза встала, резко отодвинув стул.
- Хватит оскорблений, господин адмирал, - отчеканила она. - Я вижу, что вы ничего не выяснили, пришли к нам с пустыми руками, бросаетесь обвинениями, чтобы вывести меня из себя и заставить делать, что скажете. И если первое вам, невероятному наглецу, удалось сполна, то второго вы не дождетесь.
Феникс презрительно чихнул и пожал плечами.
Пол и стены дрогнули. Далеко снаружи загудела натянутыми струнами канатов исполинская игла Оси. Кольцо затряслось. Мы со Стрекозой переглянулись.
- Станция меняет орбиту, - сказал Феникс. - Через семь минут она развернется полностью, произойдет отстыковка Оси от Кольца. Это послужит сигналом Квазарам. Если я поднимусь в Ось раньше и лично прерву отстыковку, то ничего не случится. Подпишите пакт о ненападении, и отказ от претензий на Гекубу. Все нужные файлы я загружу в ваши коммы и зрительные модули. На этом разговор будет окончен. Мне не придется взрывать Ось, я отзову Квазары, и никто не пострадает.
Шепот прокатился по кабинету.
Тихое, но отчетливое слово.
Монстр.
- Мы не подпишем, - сказала премьер Союза. Ван Минь причитал и охал.
Феникс сделал шаг назад, встав между мной и Стрекозой. На долю секунды я сумел поймать его выражение лица.
Ехидная улыбка, гордо поднятый подбородок. Поза победителя и мертвые глаза. Ни одной искорки, ни намека на голубой огонь сверхгигантов-звезд. Только грязь серого, затянутого кислыми тучами неба. Мутный лед застывшей на зиму речки. Даже хуже, чем у его отца. Неужели Феникс не лжет, не блефует и действительно готов мановением руки погубить столько жизней?
Столько миров…
Такого не может быть. Он не сделает этого. Там, на Земле, осталась куча людей. Верхние Города эвакуировали, а про Нижнюю Землю даже не вспомнили. А колонии на Марсе? И еще Ганимед, Каллисто, Титан… Люди, которых я когда-либо знал. Да, я оставил их в прошлом, но оставил жить! Брат Меган, Ронг, Джерри, Ма, Па, тетка, Дылда и Лола.
Феникс этого не сделает. Не сделает?..
Холод ужаса язвой скрутил желудок, протянул тощие руки под ребра и стиснул сердце.
Есть ли этим мертвым глазам дело хоть до кого-нибудь? Спасти одного человека или планету целиком? Спасти Солнечную систему или будущее Содружества? Действительно ли он уже сделал выбор?
Монстр.
Он тряхнул головой, пряча мутный лед глаз за светлой челкой, потом сказал с прежней самоуверенностью:
- Ваш отказ неприемлем. Решайтесь. Все необходимые файлы у господина министра обороны. Прошу скопировать их себе и подписать так быстро, как возможно. Я же отправлюсь в Ось. Только мне известно, как отключить глушилки и взрывчатку.
По взмаху руки открылись двери, лысый генерал вошел, маршируя и надуваясь от гордости. На вытянутых руках перед собой он держал развернутый комм.
- Стрекоза, остаешься здесь, Ящер, за мной, - скомандовал Феникс, пропуская генерала и выходя в коридор. Сбившись с шага, генерал запнулся на ровном месте и, обернувшись, спросил:
- Разве в Оси вам не понадобится помощь, господин адмирал?
Феникс помедлил долю секунды, затем кивнул снисходительно.
- Возможно. Будь по вашему. Рассчитываю на вас, генерал.
Мои руки тряслись. Протез дрожал и пытался сам сжаться в кулак.
Что они сделают? Что сделает Феникс?
В коридоре, едва двери закрылись, он подозвал двух сопровождавших нас солдат Содружества. Генерал прыгал где-то позади, трагически заламывая руки.
- Один здесь, следит за работой глушилок, один с нами, - приказал Феникс. - Стрекоза, Ящер, если наши прекрасные гости вот-вот подпишут пакт о ненападении на Содружество, то нам придется дать Квазарам отбой. Если же нет… вернемся до отстыковки Оси. Нужно действовать быстро.
- Ты правда сделаешь это? - перебил я, наплевав на идущего за нашими спинами солдата. - Ты не можешь так поступить, засранец!
- Заткнись, Джейк, и слушайся старших! - остановившись, прошипел Феникс.
Я уперся взглядом в эти тусклые ледышки глаз, надеясь хоть сейчас переглядеть его, пересилить. Убедить. Пока его взгляд не жёг сетчатку яркостью тысячи солнц, у меня был шанс.
- Я не могу позволить тебе сделать такую глупость!- тихо и яростно сказал я, подходя почти вплотную и едва сдерживаясь, чтобы не толкнуть его в грудь. - Стать монстром.
Он сжал кулаки и ответил на взгляд, не моргая.
- О, я давно стал настоящим монстром! Даже не в тот миг, когда нацепил этот семиугольник с птицей, а парой тысяч лет раньше! - сказал он горячим шепотом. - Ты не представляешь, каково это. Решать за миллиарды людей. Кроме меня никто не понесет эту ношу. Я один. Но я готов быть монстром, если это спасет хоть кого-нибудь.
Непроглядная толща холодной воды в глубине зрачка, серое небо кислотных дождей за радужкой. Он действительно решил.
Где птица, спасшая меня из такой же пустоты?
Отчаяние било под дых. Воздух колючками репья застревал в глотке. Страх не отпускал сердце, с каждой секундой сжимая сильней. И я отступил, теряясь, не зная, как поступить. Первым отвел взгляд, хотя мог бы еще бороться.
Сдался. Оставил его одного.
Когда гаснет звезда, как зажечь её обратно? И как самому идти вперёд в темноте?
Феникс тоже опустил голову.
- Мы идем в Ось, - сказал он, обращаясь к солдату. - Сержант, вы останетесь у лифтов. Дождитесь сигнала. Ящер, ты разбираешься в этой станции лучше меня, показывай, куда двигать.
Коридор, закругляющийся вверх, уходящий в бесконечность ряд дверей и ламп дневного света. Серебристая стрела Оси за окнами, вот только черноту космоса разбавлял красками краешек голубого диска в углу. Он рос на глазах, отбирая у космоса все больше места. Станция действительно меняла курс и разворачивалась к Земле.
Погруженный в себя, испугавшийся реальности вокруг, я машинально листал в памяти картинки, связанные с Академией. Четыре с половиной года, и каждая их секунда сохранилась в моей голове.
Тысячи раз исхоженный вдоль и поперек коридор.
Здесь были Ронг и Джерри, Меган и майор Джонсон. Столовая, сдвинутые на ужине столы. Комната с двумя койками, выставленная по линеечке обувь и заполненные наградами полки над письменными столами. Значки за сто часов в симуляторе, китайские обереги и черный кофе, когда ты слишком взрослый, чтобы добавлять молоко. Полеты на шаттле к Ма и Па, физкультура с почти настоящей правой рукой, изматывающие попытки поднять в воздух свой первый корабль…
Я считал, что справлюсь со всем один. Без руки и без помощи. Но всё это время, год в Нью-Кэпе, почти пять лет Академии, даже последние недели на Эвридике, меня всегда поддерживали, помогали, давали силы.
Толкали в нужную сторону.
Огненная птица на путях, сохранившая мне жизнь неведомым образом. Больше я не сомневался, что это был он. Потом, под железнодорожным мостом, именно он вытащил меня из реки и глубокой моральной задницы. И после, не раз и не два, помогал мне, прямо или косвенно, оставляя возможность жить самому, но по возможности оберегая от проблем. Он не рассказывал, но я догадывался, как много всего в моей жизни случилось с его помощью.
Вот оно…
Что-то щипало в уголках глаз, когда мы зашли в лифт, ведущий к Оси Станции. Сержант остался снаружи, дверь за нами закрылась. Феникс шумно вздохнул и перестал изображать улыбку.
- Ещё пара минут и все будет правильно, - как мантру забормотал он, уставившись в пол. - Я не ошибаюсь. Все будет правильно, обязательно. Потерпите немного, ребята, я все расскажу, только позже. Вы поймете, что я был прав.