— Это я буду тем, кого остальные слушаются! — воскликнул я, корявыми пальцами отпихивая его руку. — Ты сам хорош: Ма с Па, значит, слушаться не надо? Можно сбежать и делать по-своему, да? Включи мозги!
Джерри выпучил глаза.
— Так это совсем другое дело! Мы о целой стране тут говорим!
— Нет, мы говорим об одной маленькой девочке, — уперся я. — Не могу я своего друга так на произвол судьбы бросить. Вдруг ее там замучают?
За дальней ширмой, стоявшей в конце отсека, смущенно прокашлялись. Мы хором повернулись на звук. Из-за ширмы выглянула растрепанная голова Ронг.
Косички ее были распущены, глаза опухли от вчерашних слез, но в целом она выглядела, пожалуй, получше, чем я со своей кровопотерей. Она подошла к моей койке, мелко-мелко перебирая ногами и теребя в пальцах пряжку ремня.
— Эй, малышня, я там не под арестом, если что, — сказала она, избегая на нас смотреть. — Проснулась от ваших криков, решила выглянуть наружу… Вчера сюда никого не пускали, а сейчас, смотрю, всякой мелюзге дали зеленый свет!
Простоявший пару секунд в ступоре, Джерри кинулся ее обнимать. Я лежал не шевелясь, только наблюдая, пытаясь унять разбегающиеся мысли.
Ее не удерживают силой? Майор передумал ее забирать? Меган ошиблась? Или, может, пока я спал, всю информацию уже получили?
Ронг криво улыбнулась, будто отвечая на мои мысли:
— Меня сегодня заберут отсюда, малышня. Вы оба про моего папашу уже в курсе, ну? Конечно, я сделала много плохого, но всё это было ради хорошей цели. Честно!
— Ты порезала мне руку, — напомнил я. — И едва не убила.
— А после этого ты всё равно назвал ее другом! — прекратив наконец обнимать Ронг, сказал Джерри. — Ты бы не умер, ну! Не тут, не на Станции. Тут за всем отлично следят!
— Да, прямо отлично следят! А взрыв колонки полива? — с растущим сарказмом добавил я. — Надеюсь, сейчас в оранжерее поставили камеры.
— Может, теперь будут внимательнее приглядывать за студентами через эти штуки, — Ронг потрясла рукой, на которой был надет браслет.
Нам выдавали их в первый день — браслеты оповещали о подъеме и отбое, играя роль будильников. Еще с них можно было открыть свою учетку во внутренней Сети или посмотреть чужие, вкратце.
А еще браслеты отслеживали перемещения.
Я задумался. Казалось бы, носить их обязательно, но никто не проверял их наличие. Свой браслет я снял, когда впервые попал к Меган в медпункт, а потом забыл надеть обратно. Мда. Хорошая система, дурная реализация.
— Добавить бы туда еще датчик пульса, — проговорил я, — и сделать ношение обязательным хотя бы на территории Станции. Стольких проблем можно будет избежать!
Джерри с Ронг переглянулись.
— Если бы ты был с браслетом, я бы могла спалиться, когда караулила тебя прошлой ночью, — прошептала Ронг. — Ты мог проверить, где я нахожусь. Но я знала, что у тебя его нет.
— Если бы все были с браслетами, мы могли бы наверняка знать, нет ли кого в оранжерее в тот раз, — высказал я мысль, которая давно щекотала мой мозг изнутри чем-то смутным и непонятным. — Знаешь, Ронг, в день, когда ты первый раз позвала меня загорать, в оранжерее кто-то был, хотя все и разъехались на Рождественские каникулы. Я видел ноги в ботинках из-за кустов. И еще какой-то человек стоял в коридоре Кольца, когда мы пошли в оранжерею уже втроем, перед Пасхой. В тот день взорвалась колонка.
Джерри надул щеки и вытаращился, как лягушка. Ронг задержала дыхание.
— Думаешь, кто-то намеренно ее испортил? — на вдохе, шепотом спросила она, потом топнула ногой. — Это была не я, честно! Уж ты теперь наверняка знаешь, что я не пыталась убить тебя или кого-то еще.
Я кивнул.
— Конечно, это была не ты. Это был тот Человек-в-Ботинках, которого я видел оба раза. Сперва он просто наблюдал, потом решил действовать. Без вариантов, это студент или предпод — на нем была наша форма, но так как я видел только ноги, знаки отличия и лицо не смог разглядеть. Может быть… может быть кто-то снова меня нашел и пытается убить?
Ронг и Джерри совсем притихли. Я приподнялся на койке и с трудом ухватился единственным сохранившим послушность мизинцем за прядку своих волос. Взъерошенные, они торчали во все стороны, выбиваясь из собранного хвоста нечесанными колтунами.
Жуя кончик волос, я смог сосредоточиться и подумать нормально. Рассуждать вслух было проще и приятней, чем думать про себя. Проговаривание мыслей помогало куда лучше, чем простое прокручивание их в голове.
— Майор Джонсон сказал, что военные за мной наблюдали не специально. Что я просто «попался под руку», наверное, когда они занимались тем убийцей из кафе, о котором я вам рассказывал. Но это не правда. Я не верю ему. За мной следят гораздо дольше, и убить меня пытались первый раз еще тогда, когда я правую руку потерял. Может, затем меня и пасут, чтоб не дать прикончить? Но выходит у них хреново. Возможно, меня и в Академию запихали, чтоб я под присмотром был? Только дурацкий у них присмотр!
— Но ты же говорил, что сюда хотел сам, с самого детства, — заметил робко Джерри. — И помог тебе определиться с желанием твой странный друг Петер, который спас тебя из речки на Нижней Земле.
— Одетый в серебристую военную форму Петер, — многозначительно добавил я. — Вообще я давно об этом думал, видел много детских комбезов, сшитых на манер военных — у всех не та детализация, не те материалы. А еще смотрел форменные комбезы военных школ и даже Лицея Полиции — у нас и у всех остальных другие, не такие, как был у него. Я помню его куртку — он укрыл меня ею, чтоб я не замерз. Не знаю, был ли там семиугольник, я не видел, но в остальном она была точно такой же, какую носит наш майор Джонсон. Один-в-один.
Джерри охнул. Ронг прикрыла рот ладонью.
— Значит, майор мне соврал, — подытожил я.
Джерри шумно сглотнул и добавил:
— А еще, значит, на тебя могут напасть еще раз. Или не раз. Ничего, думаю, теперь контроль будет лучше! Нужно доверитсья нашим кураторам и вообще взрослым на Станции.
Его глаза были бараньими. Только что он боялся, а потом снова вернулся к спокойствию. Что с ними всеми такое?
Черт.
Видимо, ему бесполезно было что-то рассказывать.
Я перевел взгляд на Ронг. Она кусала губы, но пыталась улыбнуться.
— Ха, может, даже хорошо, что меня заберут! Вдруг с тобой рядом и находиться-то опасно, а, мелкий? Рядом мы тоже в опасности.
Джерри принялся трясти ее за плечо.
— Ты чего, зачем такое говоришь? Звучит обидно!
— Нормально всё, — я сделал вид, что ее слова меня не задели. — Ронг, ты скажи лучше, тебя тут в заложниках не держат? А забирают куда и почему? Я собирался тебя спасать вообще-то!
Ронг фыркнула и дернула плечом.
— Какие глупости! Принц с больничной койки! Вчера майор с Меган проводили со мной всякие тесты, но ничего не было страшного, даже не больно. Мне всё понятно, это из-за отца. Видимо, дальше меня будут допрашивать где-то в их штабе, майор же обещал, что это дело не получит огласку. Переживаешь, что меня станут пытать, дурачок? Во-первых, наши военные никогда не пойдут на такое, а во-вторых, в этом нет смысла. Я ведь уже рассказала всё, что знаю и помню!
— Боюсь, им нужно то, чего ты не помнишь, — многозначительно ответил я, пытаясь взглядом донести всю серьезность своих слов.
Ронг явно не поняла, по лицу промелькнуло тенью бессмысленное кукольное выражение. Вряд ли Джерри его заметил, но я успел углядеть.
Черт. И тут бесполезно. Да что творится-то?!
— Странно говоришь, мелкий, — сказала она с заминкой. — В любом случае, я не против. Докажу им, что я не предатель и не террорист и что делала всё во благо! Наоборот, дам все показания, которые от меня захотят! Хочу помочь Содружеству всем, чем смогу!
— Даже после майорского вранья? — снова поразился я.
— У тебя одни догадки и предположения, — смутилась Ронг. — Майор не может быть плохим. Он же за нас, за Содружество. И он офицер, да не просто какой-то там, а из правительственных войск! Если не доверять им, то кому тогда?