А вот Джерри вообще не выглядел заинтересованным. Когда нас в очередной раз экстренно выставили «на принудительную прогулку» в Центральный парк, не забыв, однако, снабдить корзинкой с ланчем, я остановился за дверями квартиры, раздраженно пнул дверной косяк и спросил:
— Ты не хочешь выяснить, чем таким занимается твой отец?
Джерри остановился, растерянно помахивая корзинкой.
— Когда я был маленький, он ужасно ругался, если я мешал ему работать, — протянул он. — Мы с Ма сперва переживали, но потом Па собрал нас всех за столом и пообещал, что его работа никогда не принесет нам проблем, а мы просто не должны вмешиваться. Он много зарабатывает, его не гоняют в командировки через гипер, он постоянно дома и пробыл рядом со мной всё мое детство — я решил, что этого достаточно. И перестал лезть.
Я ковырял носком ботинка пружинистое покрытие коридора.
— Бро, а ты не думал, что он может оказаться каким-нибудь бандитом? Всё это чертовски подозрительно! Если он не занимается ничем противозаконным, то зачем скрывать дела от собственной семьи?
— У него может быть куча других причин! — обиделся Джерри. — Не называй моего отца бандитом! Вообще я же говорил: я думаю, что он работает на правительство!
— Шпион? Тайный агент? — я скептичеки хмыкнул, представив себе грузного Па, скрывающегося в тенях и убегающего по крышам. — Может, разведчик?
— Может быть, — набычился Джерри. — Уж точно не бандит!
— Спорим, Большой Дядя, который сейчас у него, окажется кем-нибудь очень подозрительным? — предложил я азартно.
Джерри надул нижнюю губу, но посмотрел с интересом.
— Не спорим! Это глупо… Погоди, а как ты определишь, кто пришел к Па и насколько он подозрительный?
— Проследим за ним, вот и всё, — ответил я шепотом. — А определение… если это не кто-то известный, то найдем его в Сети по фотороботу! Уж мне-то не составит труда его нарисовать!
Мы спустились на первый этаж. Там, после лифтовой площадки и перед выходом из подъезда, был огроменный холл с лавочками, какими-то скульптурами в нишах и вазами в человеческий рост. На одной из лавочек сидели мужчина и женщина, с виду не примечательные: средний рост, среднее телосложение, нейтральная одежда. Но мой взгляд сразу за них зацепился.
Потому что я видел их раньше — мельком, но видел. В один из разов, когда нас выгоняли гулять до этого, женщина точно так же сидела на лавочке, а мужчина стоял у дверей. Через несколько минут они поменялись. Сейчас они сидели вдвоем, а у дверей был третий, до того мне незнакомый, но тоже явно связанный с ними.
Специально я за ними не наблюдал ни тогда, ни сейчас, но всё равно запомнил. В этом не было моей воли. Это всегда получалось само.
Мы с Джерри сели на лавочку напротив этой парочки. Я начал с максимально непринужденным видом гадать вслух, что Ма положила нам с собой в этот раз, Джерри же сидел как на иголках, то и дело оглядываясь по сторонам. Мне пришлось даже слегка двинуть ему в бок локтем, чтоб заставить вести себя как обычно.
Двое на лавочке напротив смотрели прямо на нас. Я избегал даже коситься в их сторону.
Они сопровождали того, кто сейчас пришел на встречу с Па — это было ежу понятно. Телохранители? Может, из отставных военных? В гражданском, чтоб никого не пугать.
Джерри нервничал всё сильнее. Я сосредоточился на попытках представить себе, с кем таким важным может вести дела Па.
Они встречались в реале, не в Сети, хотя там можно было найти кучу площадок для безопасных встреч. Глубокая Сеть, о которой я пока только слышал, но не был там лично, а еще частные системы связи военных, не полагающиеся на транспортные корабли, передающие Сеть через гипер — вариантов для общения без свидетелей было достаточно, даже со своим крошечным жизненным опытом я понимал это.
Насколько важной должна быть встреча, чтоб рискнуть всем и приехать лично? Возможно, конечно, здесь не сам Большой Дядя, а его шестерка, посланная для безопасности…
Звякнул лифт, загорелось цифровое табло над ним, показывая этаж, где жили Ма и Па. Цифры начали медленно меняться, лифт ехал вниз.
Двое на лавочке поднялись со своих мест. Женщина подошла к нам и встала в паре шагов, держа руки в карманах. Сквозь ткань даже такой дилетант, как я, мог разглядеть очертания чего-то вроде пушки, но пристальный взгляд был куда большим предупреждением.
Сидеть на местах. Не дергаться. Не шуметь.
Опасно. Я вцепился в край лавки. Джерри с трудом проглотил слюну и сжал ручку несчастной корзинки для ланча.
Мужчина у дверей переглянулся с тем, что остался у лавочки. Женщина бросила на обоих короткий взгляд, оставила нас и подошла к лифту. Всё без слов, без жестов, как давно сыгранная команда, хорошо подогнанные друг к другу шестеренки.
Еще одни винтики в этой военной машине?
Двери лифта открылись, оттуда вышел высокий мужчина. Женщина явно пыталась его заслонить, но он был шире ее раза в два и на голову выше. Он бросил в нашу сторону короткий взгляд, улыбнулся и широким шагом прошел через холл. Мужчина у дверей открыл их ровно в ту секунду, когда это потребовалось.
Остальные не медля вышли следом. Я был уверен, что снаружи ждет еще парочка таких же неприметных телохранителей со страшными взглядами.
Но больше всего сейчас меня заботило то, что вышедшего из лифта Большого Дядю я уже видел.
Джерри соскочил с нашей лавочки, корзинка с ланчем полетела на пол с его колен.
— Ну, чувак, ты доволен?! — спросил он в истерике. — Я думал, нас тут прикончат! Видел, как та баба на нас таращилась?! Они знают, что Па мой отец, я уверен, и что мы следили за ними! О черт, а если мы наделали ему проблем, и теперь этот мужик больше к нему не приедет?!
Джерри схватился за голову.
Я оставался спокоен. Настолько, вашу мать, спокоен, что едва мог дышать, как нормальные люди. О дыхании приходилось думать специально, и это были единственные разумные мысли. Остальные пришлось выжимать из себя силой, потому что в голове стало пусто, как в космосе вдали от любых небесных тел.
— Оставить панику, боец, — ровным голосом приказал я. — Ничего страшного не произошло. Конечно, они сразу поняли, что мы следим, они же не лохи. В мои планы не входило скрывать это от них. Могу тебя поздравить: твой отец вряд ли бандит, беру свои слова назад. Прости, пожалуйста, я был не прав.
— Чего ты сейчас сказал? — поразился Джерри, мигом позабыв про панику. — Ты извиняешься, реально, чувак?.. Ладно-ладно, это неважно, лучше объясни, почему не бандит-то?!
Это шок, вот что это. Ощущение, сходное с нырком в ледяную воду, хотя я ни разу этого не делал, но решил, что должно быть довольно похоже. Промозглый ветер гулял в черепушке, закручивая пыль давних мыслей маленькими недоуменными воронками-ураганчиками. Я наклонился и поднял бедную корзинку. Заглянув под крышку, я увидел, что все идеально нарезанные и разложенные Ма сендвичи съехали набок, но не особо пострадали.
— Не знаю зачем и почему, но, видимо, твой Па ведет дела с «Венера Энерджи», — вытащил я новую мысль из пустоты, продолжая глядеть на корзинку, будто она была сейчас важнее, чем Джерри. — Мужика, что вышел из лифта, зовут Свен Ларссон, он их какой-то там младший секретарь. Можно сказать, один раз я его уже видел.
Деталей общей картины вокруг меня становилось всё больше, но связей между ними я до сих пор не видел.
Джерри я про свои сны-видения не говорил с самого начала. Сперва думал, что это глупо, и он решит, что я просто фантазер, а потом, когда понял, что события из этих видений существуют в реальности, окончательно передумал рассказывать. Прослыть психом мне совсем не хотелось, это было бы дополнительным дурацким клеймом на моей без того странной личности.
Потому и про табличку в сером коридоре, увиденную в одном из снов от лица Первого, и про то, что человека с этой таблички я нашел в Сети, никто не знал. И даже сейчас я не стал рассказывать эту часть истории.