Вселенная вращалась и двигалась, как огромная карусель. Или это мы крутились вокруг своей оси?
- Я это называю «сделать бочку», - сказал Феникс весело. - Сейчас главное, не дать сбиться приборам. Такие тяжелые штуки, как звёзды, нехило давят на ткань пространства, потому нас может утащить куда-нибудь не туда.
Ничего ответить на это я не мог, только сидел, окоченев, вцепившись рукой в подлокотник.
Мне не страшно, не страшно…
Понятие времени смялось и сдвинулось вместе с космосом. Прошла секунда, длинная, как час, следующая, наоборот, промелькнула едва заметно.
Звёзды рывком встали на место, прекратив хоровод, сверху и слева из ниоткуда выросло близкое, но тусклое красное пятно.
Снаружи карусель закончилась, чего нельзя было сказать о карусели внутри меня. Пустой желудок плясал где-то у корня языка, сердце болталось то рядом с ним, то у самого копчика, будто решило маршем пройтись по организму.
- Смотри-ка, справились! - обрадовался Феникс, кажется, чувствующий себя просто отлично. - Близковато к звезде, конечно, но сойдет, даже поправка на ее сдвиг прошла успешно. Дальше возьму запас побольше. Крепись, осталось всего шесть раз, и мы на месте!
- Еще целых шесть раз, - простонал я, всеми силами сдерживая тошноту. - Ты такой хреновый пилот или в прыжках всегда так?
- Мы живы! Значит я прекрасный пилот, - ушел он от ответа. - Готовься! Следующая точка входа через сорок две секунды…
Комментарий к Часть третья. Эвридика. Глава 26. Адмирал.
https://pp.userapi.com/c846220/v846220817/83cf0/73B_1mrWhkA.jpg - иллюстрация.
И, не знаю, надо ли кому-нибудь, но Fall Out Boy - The Phoenix музычка туда же, к тому же кусочку, что нарисован :>
========== Глава 27. Четыре искры. ==========
Спустя бесконечность издевательств, которыми я ощутил оставшиеся шесть прыжков, мы вышли из гипера в системе Эвридики. Феникс озабоченно посмотрел на мигающие цифры координат и затарабанил пальцами по подлокотникам.
Стараясь не выпустить свой внутренний мир во внешний, я не сразу понял, что все уже кончено. «Ригель» повис в пустоте, невесомость обволокла тело, не способствуя хорошему самочувствию.
Через какое-то время Феникс дотянулся до меня и похлопал по плечу.
- Джейк, смотри! Вон, наша конечная цель! - сказал он, маневровыми двигателями разворачивая корабль носом к яркому красному карлику.
Очень далекому красному карлику.
- Надо же, ты нас не угробил, - пробормотал я. После гиперпространства обычный космос уже не казался таким пугающим. Несмотря на лихорадочно скачущий пульс и застилающий глаза пот, я смог сосредоточиться и включить мозги. - Ладно, мы добрались. Уже пора начинать бояться посадки?
- Не совсем, - со странной интонацией сказал Феникс. - Видишь, как мы далеко?
Я снова посмотрел наружу. Сквозь поляризованную оптику звезда была ничуть не ярче, чем самая тусклая лампочка на приборной панели.
- Вижу, - ответил я. - Местное Солнце по размеру немного крупнее Юпитера, да? Тогда ты прав, далеко. Долго нам еще лететь?
Феникс молча стащил с себя шлем и оставил его висеть в воздухе, потом отпустил штурвал и включил автопилот. По экранам поползли столбцы отчета о его работе.
Корабль медленно развернулся потолком вперед, появилась слабая сила тяжести. Шлем Феникса спланировал на пол между креслами.
Мой желудок начал успокаиваться, а вот мысли напротив стали тревожными.
- Все в порядке? - спросил я, осторожно снимая свой шлем.
Феникс отстегнул ремни и крутанулся в кресле.
- В полном, - ответил он. - Правда, я слегка промахнулся. Теперь у нас есть десяток свободных часов, чтоб поболтать. Великоват вышел запас расстояния. Ладно хоть Эвридика на прямой между нами и звездой, поправки все-таки удались успешно.
- Ты прикалываешься? - я последовал его примеру и убрал ремни. Тело было легким, почти невесомым. - Как это - промахнулся? Сколько раз ты вообще летал до этого?
Феникс стал с готовностью загибать пальцы.
- Первый раз – почти ровно шесть лет назад, - начал он. - Мы летали на Землю с Эвридики. Тогда первым пилотом был Пат, так что мне ничего не нужно было делать, только смотреть. После того раза он отдал «Ригель» мне. Потом года четыре с половиной назад, кажется. Там вел уже я, но Пат еще страховал. Когда мы добрались он мне чуть люк своим кулаком не снес, так психанул!
Я покосился на вмятину на ведущем во второй отсек люке и подумал о металлическом кулаке майора Джонсона.
- А потом только с планеты на Орфей иногда, ну и по мелочи всякое, - закончил Феникс, не теряя воодушевления. - И, вот, последний раз, я летел за тобой! Патрик не знал, что я задумал, иначе вряд ли пустил бы меня одного.
Он сиял широченной улыбкой.
Я медленно вдохнул и выдохнул через нос.
Спокойно. Никакой ярости. Ему по морде дать, наверное, вообще нельзя, хотя так хочется. Как там говорила моя милая Лола, сперва думать, потом бить?
Вдох-выдох.
- То есть до этого раза на дальних маршрутах ты был всего трижды? Охрененно. Теперь я еще более рад тому, что ты не похоронил нас в космосе, безответственный идиот.
Феникс воздел палец к потолку.
- Если уж идиот, то величайший в мире, а не просто какой-то там, - сказал он шутливо. - Я готов идти на риски ради своей цели. Терпеть не могу топтаться на одном месте, знаешь ли.
- На велике езди, раз топтаться не любишь, - проворчал я, всё ещё злясь. - Там чтоб убиться надо сильно постараться. И меня прикончить больше не пробуй!
Он смотрел на меня с каким-то непонятным любопытством.
- Да я и не пробовал. Наоборот, только и делаю, что жизнь тебе спасаю.
Феникс опустил спинку кресла почти горизонтально, сложил руки под голову и закинул ноги на приборную панель, вытянувшись в кресле и жмурясь, как сытый кот. Я кусал кончик волос и смотрел на него, пытаясь уложить эти слова в голове.
Только и делает, что спасает мне жизнь? Пришло время для ответов.
- Теперь давай с самого начала начнем! - потребовал я. - Будем мыслить логически, ладно?
- Это скучно, - перебил Феникс. - Давай начнем с самого интересного.
Он на секунду привстал, протянул руку и легко, едва ощутимо толкнул меня в грудь.
Рывок, как подсечка умелого рыбака. Я добыча, пойманная рыбешка. В ушах зазвенело, картинка вокруг меня поплыла. Время замедлилось, как во время гиперпрыжка, все стало плавным и тягучим, будто в вязкой жидкости.
Знакомое ощущение киселя вместо пространства. Мое тело приросло к креслу, как корни пустило. Ото всех предметов вокруг, сквозь меня и сквозь стенки «Ригеля», протянулись невесомые цветные нити. Мрачные далекие звезды, включая свечой вспыхнувший красный карлик, уставились на меня, свинцом сдавили голову, будто силясь склонить ее, чтобы прижать меня, принизить.
Но ярче, ощутимей всего, значительней любых деталей этой нереальной реальности была голубая звезда прямо рядом со мной.
Феникс положил ладонь себе на грудь, на семиугольник с вышитой птицей, мягко касаясь свечения, рвущегося наружу из клетки его ребер. Потом указал пальцем на меня.
Опустив взгляд, я увидел почти то же самое. Немного тусклее, иного цвета, скорее рыжеватая и не настолько слепящая, из-за моего сердца выглядывала звезда. Сквозь ее свет виднелось темное, металлическое ядро.
Феникс щелкнул пальцами, время понеслось дальше, теперь оглушив меня скоростью замелькавших секунд.
- Что за фокусы? - охрипшим голосом спросил я.
- Никакие не фокусы, - пожал он плечами. - Не иллюзия и не магия, не душа, как ты мог бы подумать, будь в нашем мире распространен весь этот религиозный бред. То, что ты видел как свет — излучение Кузнецова. Пока что мы с Сашкой пришли к тому, что эти звездочки — аккумуляция его, поступающего с настоящих звезд, происходящая из-за резонирования К-волн с альфа-ритмом мозга… Ничего не понял, да? Короче, штуковины эти — звездочки, Искры, зови как хочешь — есть у каждого мыслящего существа, но так только в нашем мире, насколько мне известно. В других мирах это как-то иначе выглядит.