Через просторный холл с окнами во всю стену, выходящими на вечно закатное небо, мы прошли до двери, уже обычной, какие я встречал в домах Нью-Йорка. Феникс открыл ее, повернув совершенно обыкновенную ручку, и, шагнув через порог, закричал во всю глотку:
- Дамы! Царь вернулся! Торжествуйте!
Где-то внутри квартиры громко хлопнула дверь.
Я осторожно вошел в прихожую, оглядываясь по сторонам. Кажется, после сегодняшних путешествий по лабиринтам Столицы, я надолго возненавидел коридоры, туннели и переходы.
Но здесь все было иначе. Зеркальный шкаф и стены под красный кирпич. На потолке лампы на длинных черных шнурах. Над дверями старинные механические часы. Простор и… свет.
Здесь действительно было светло. Без черных ночных теней по углам, без томного сиреневого полумрака. Этот дом был наполнен не бледным и мертвым псевдо-дневным светом коридорных ламп, не розовато-искусственным, неоновым вечным закатом, а привычным, желтоватым, будто земным солнцем.
Сразу за прихожей я увидел огромную комнату, вроде гостиной, с деревянным панелями на стенах, несколькими разномастными креслами тут и там, большим диваном в центре и стоящими по углам торшерами. Направо уходил коридор, налево блестела винтажной латунью кухня. Вместо дальней стены был выход на наружный балкон, на котором, виднеясь между неплотно закрытыми шторами, стояла одинокая фигура.
- Акула! - Феникс прошел сквозь гостиную и по-хозяйски распахнул дверь на балкон.
Холодный наружный воздух ворвался в гостиную плотной, ощутимой волной. Вместе с ним пришел запах табачного дыма.
Высокая короткостриженная девушка в черной водалазке обернулась, паникуя и спешно бросая за перила окурок.
Я подошел к балкону следом за Фениксом. Он был хмур, глаза его метали молнии.
- Кэп. Пришел. Не слышала, - странно строя предложения, сказала девушка. Голос у нее был тихий и кроткий, взгляд ему под стать, робкий, смиренный.
Во всей ее фигуре, в дрожащих руках, опущенной голове - во всем сквозила вина и страх наказания.
- А я уж думал, ты бросила, - заворчал Феникс, обнимая девушку за плечи. - Заставляешь терпеть конкуренцию?
- Конкуренцию? - девушка удивленно заморгала, теребя подол водолазки.
Шутливо поймав ее в захват, Феникс опустил вторую руку на рыжую макушку, принимаясь ерошить волосы. Девушка жмурилась, но не сопротивлялась.
- Курение - это зависимость! - почти в самое ухо сказал ей Феникс, продолжая показушно хмуриться. - Ты подчиняешься никотину! Выходит, никотин для тебя важней меня?
- Нет, Кэп! - пискнула девушка, - Поняла. Пусти!
Феникс мигом сменил гнев на милость, с улыбкой хлопнув ее по плечу, как уже постоянно делал со мной, но она даже на покачнулась. Привыкла, что ли?
- Ладно, забей, разберешься. Я же верю в тебя, - сказал он ободряюще. Потом повернулся ко мне. - Вообще, у нас дела поважнее есть. Знакомься, это наш Ящер. Пока можно Джейк, для ясности.
Я посмотрел девушке в глаза. Из робкой и забитой маленькой девочки она за секунду стала холодной и собранной.
Настоящий солдат. Сколько ей там, восемнадцать уже? Ростом с меня, а в плечах будто даже пошире… Фигура, спрятанная под тканью водолазки и мешковатых джинсов, даже так не казалась хрупкой. Прямая осанка, но опущенная голова. Короткие рыжие волосы, стрижка под мальчика. Бледные щеки с контрастной шелухой веснушек, под глазами глубокие тени, взгляд из под светлых ресниц внимательный, недоверчивый.
- Акула, - представилась она тихо, но твердо, не уступая в этой твердости даже Фениксу. - Можно Полина. Полина О`Доннел. Рада. Подружимся.
Она говорила короткими фразами, будто только на них ей хватало дыхания. Я ощущал каждую каждую точку.
Это было странно.
Она вся была странной. Будто ждала в ответ удара вместо слов.
Это та самая рыжая девушка, та Третья из моих-не моих снов? Если действительно она, то я мог догадаться, отчего она так не в себе.
Мы ушли с балкона, решив больше не мерзнуть, Акула-Полина села на край дивана, помедлив, я опустился рядом. Феникс встал посреди гостиной и скинул прямо на пол куртку, затем снял майку, щеголяя расчерченным шрамами торсом. Акула, кажется, была привычна ко всем его выходкам, по крайней мере выражение ее лица не менялось.
- Господи, как хорошо дома, - сказал тем временем Феникс, блаженно потягиваясь и играя мускулами. - А Шер где?
- У себя, - как робот, без эмоций ответила Акула. - Не выходит. Опять. Не трогай.
- Ерунда какая, - закатил глаза Феникс. - Прямо сейчас пойду и потрогаю!
Он вышел в коридорчик, ведущий из гостиной, остановился у первой двери и громко туда постучал.
- Стрекоза, открывай! Твой адмирал пришел! Я слышу, что ты там! Хочешь, чтоб я опять оплавил тебе замок на дверях?
Потянуло горелым. От кулака Феникса на светлом дереве двери остался темный отпечаток.
Угроза подействовала. Дверь распахнулась, едва не врезав Фениксу по носу. В проеме стояла девчонка, маленькая и тощая, но с лицом недовольным настолько, что было заметно даже из гостиной.
- Когда же ты успокоишься-то? - простонала она. - Почему ты зовешь меня по любому пустяку? Не хочу никого видеть!
Вместо ответа Феникс подхватил ее на руки, как пушинку, и вынес в гостиную. Девчонка зашипела возмущенной кошкой и уперлась ладошками в его голую грудь, но тут же покраснела от шеи до бровей и зажмурилась, сжавшись в комок.
- Зря опять таскаешь, - покачала головой Акула. - Кэп, когда ты повзрослеешь?
- Феникс, дурачина, поставь меня на пол! - пропищала девчонка на руках у Феникса.
Он принес ее в гостиную и опустил на пол, пулей отскочив на шаг, дурачась и показывая язык. Девчонка кинулась на диван и запустила в него подушкой. Потом потянулась за следующей, повернулась и увидела меня.
- Ой, - без того большие глаза стали просто огромными. - Извини, извини!
Девчонка слетела на пол, мигом прячась за спинку дивана. Потом высунулась оттуда, как суслик из норки.
Полная противоположность Акуле — крохотная, как ребенок, хрупкая. Лицо заостренное, будто мордочка. Южный кошачий разрез темных глаз, смуглая кожа, копна русых волос и детская прямая челка на весь лоб.
Испугалась меня? Я привстал, пытаясь заглянуть за диван.
- Ты Стрекоза, так? Джейк, или Ящер, не знаю, как теперь зваться. Будешь прятаться — вытащу за уши!
Стрекоза зашипела из своего укрытия.
- Ты злой! Вы оба такие! Дурачина Феникс нашел себе подходящего друга!
Нелестно названный Феникс показал ей язык.
- Ладно, ребята, царь вас пока оставит. Надо душ принять, а то мое величество скоро станет моим вонючеством. Идем, Джейк, я тебе комнаты покажу. Думаю, вещи уже привезли — мы-то по городу знатный крюк сделали, чтобы ты все успел посмотреть.
Уже не удивляясь ничему, я безропотно пошел за ним, пару раз оглянувшись на девчонок. Акула взяла Стрекозу за руку, успокаивающе поглаживая. Та потрясла кулачком в нашу сторону и надула щеки.
- Смотри, тут комнат куча, выбирай любую, - Феникс указал на двери по обе стороны коридора. - Вот эта, первая, Стрекозы, дальше Акулы, на другой стороне моя. Любая свободная будет твоей.
- Без разницы, которая это будет, - ответил я, пожав плечами. - А много тут народу живет? Выглядит как обычная квартирка, только жильцов, похоже, как в общежитии.
- Чем тесней, тем безопасней, - объяснил Феникс, прикрывая ладонью очередной зевок. - Ладно, до встречи, обживайся.
Я выбрал пустую комнату, толкнул незапертую дверь и наконец очутился один. Защелкнувшийся за мной замок дал понять, что никто не войдет без спроса, этому я был ужасно рад.
Голова пухла, ощущаясь тяжелей сверхмассивной черной дыры. Количество нового и странного за сегодня превысило все мыслимые и немыслимые границы.
Нужно было прийти в себя. А еще немного поспать.
========== Глава 28. Чувства. ==========
Утром я долго пытался понять, где оказался.
Широкая мягкая кровать, потолок высоко над ней. Просторная комната, затемненное окно от пола до потолка, мебель под дерево. Полумрак и абсолютная тишина.