— Нет, спасибо… Ой! Вы не наш водитель! Мне кажется, я автобус перепутала! — вскакиваю я и выхожу из салона.
Телефон я успела запрятать подальше под одно из сидений во время своего «падения».
Почти бегом возвращаюсь к своей платформе. Как раз подходит мой автобус. Я прохожу в салон и сажусь подальше к окошку.
Сидения не самые удобные, в салоне неприятный запах дизельного топлива, но мое сердце бьется не только испуганно, но и в радостном предвкушении.
Когда автобус трогается, я, затаив дыхание, смотрю на удаляющееся здание автовокзала. Этот старенький и видавший виды автобус увозит меня в новую жизнь!
Устраиваюсь поудобнее, положив сумку на соседнее пустующее кресло. Рейс предстоит длинный, до Заозерья почти четыреста километров.
Ну все! Ищи теперь меня, Герман!
Глава 12. Попытка номер два
От автора: это жесткая глава, читайте с осторожностью
Немного успокаиваюсь я лишь через час.
Чувствую, что проголодалась. Достаю из сумки бутерброды с сыром и съедаю их, запивая водой из бутылки.
За окном вовсю мелькают поля, леса, маленькие деревеньки, и я, признаться, даже испытываю удовольствие их разглядывая.
Сердце уже не колотится в груди как ненормальное, а спина не покрывается холодным потом, но все же до расслабления мне очень далеко. Я все еще прекрасно помню, как закончились мои предыдущие попытки побега. Особенно вторая.
Через несколько рядов впереди сидит женщина, на руках у нее ребенок. Я видела их, когда проходила по проходу вглубь автобуса.
Милый толстощекий карапуз, думаю, ему около года. Столько же могло бы быть моему ребенку. Может, чуть меньше.
Сердце болезненно сжимается, а в горле привычно появляется горький ком.
Это случилось примерно полтора года назад, когда я забеременела. Во мне был такой ураган эмоций, что я чуть не сошла с ума.
Но основные чувства — радость и страх. И я даже не знаю, чего было больше.
Безумная радость от того, что я теперь не одна, что внутри меня растет маленький человечек, моя крошка, которому, или которой, я могла бы подарить свою любовь и заботу, разбивалась о всепоглощающий ужас при мысли о том, какая опасность грозит ребенку рядом с моим мужем.
Этот страх, уже не только за себя, но и за еще не родившегося малыша, буквально пожирал меня изнутри.
Да, я не знала, как бы все было в реальности. Может, Герман бы ребенка обожал, а тиранил лишь меня, но проверять это я не горела желанием.
Поэтому я и решилась на еще один побег. Я должна была спасти ребенка!
И во второй раз я продумала свой побег лучше. Я уже знала, что полиции или любых других правоохранительных органов нужно было избегать любой ценой. А потому решила обратиться в специализированный центр для женщин, попавших в беду.
Было время, я даже думала, что мне удалось сбежать от него.
Целая неделя.
Неделя страха, тревоги и надежды. После чего пришел Герман. Причем, как выяснилось, он узнал о моем местонахождении еще два дня назад, но чего-то ждал.
Муж нашел меня не без помощи кого-то из центра, я так полагаю. Я так и не узнала, кто меня сдал.
Но, вероятно, у этого человека не было выбора. Как Герман умеет нажимать и убеждать, я имею очень хорошее представление.
До сих пор помню тот ужас, что охватил меня, когда ночью я проснулась от вылетевшей пинком двери в комнату, где я спала.
Тогда я подумала, что все. Вот теперь точно конец.
После того, как муж привез меня домой, мы с ним «поговорили по душам».
Герман объяснил мне, что пытаться уйти от него бесполезно, мы с ним всегда будем вместе.
Всегда.
События той ночи остались в памяти лишь частично. Это одно из свойств нашего разума — удалять все плохое и слишком травматичное.
Но есть некий набор слайдов, забыть который я не могу.
Вот я выскакиваю из машины и пытаюсь убежать от него. Но мы уже в нашем дворе, и бежать мне некуда. Это не рациональное, а чисто инстинктивное действие.
Начало октября, я в одной пижаме, очень холодно, идет дождь, газон развезло, я поскальзываюсь и падаю на колени в ледяную грязь. Встаю и вновь бегу по участку в темноте. Ветки хлещут меня по лицу.