— А ты-то откудова будешь? — спрашивает меня бабуля.
— А я из большого города. Развелась с мужем и решила начать новую жизнь, — уклончиво отвечаю я.
— Обижал он тебя? — бросает она на меня проницательный взгляд.
— Обижал, — киваю я.
— Ох, эти мужчины… — качает она головой. — Как звать-то тебя?
— А… — я запинаюсь на мгновение, поняв, что я даже не придумала себе какое-то фальшивое имя, — … Анна.
— Ну, будем знакомы. А меня Мария Никитична, — кивает женщина. — Ты тут знаешь кого? Или почему сюда-то приехала?
— Не знаю. Просто название понравилось, — честно отвечаю я, понимаю, насколько глупо, наверное, звучат мои слова, а потому поясняю: — Нет у меня никого, поэтому все равно было куда ехать.
— Ох, бедняжка! Никого из родни, значить?
— Никого.
— И где же ты жить собираешься? В гостинице что ли?
— Ну, сейчас вот в гостинице остановлюсь, но только на ночь. А завтра хотела поискать, может, сдает кто жилье. Недорогое, — добавляю я.
— Без денег он тебя оставил, да? — сразу понимает Мария Никитична мою ситуацию.
— Ага, — киваю я.
— Ох, горемычная ты! Так, слухай сюда, — кладет она мне сухенькую ладошку на предплечье, — Анечка, не надо тебе в гостиницу. Идем, у меня переночуешь.
— Мне неудобно вас стеснять, — пытаюсь отказаться я.
И правда ведь неудобно. Но отель для меня и правда дорого.
— Ерундой-то не мели! Я одна живу, и у меня две комнаты. На диване в зале ляжешь, — отмахивается она. — А в гостиницах этих всякие проходимцы! Ну, какой нормальный человек туда поедет? Давай-давай, сюда иди, — тянет она меня за рукав. — Не возьму я с тебя денег, не переживай.
От благодарности у меня даже слезы на глазах выступают. Совершенно чужой незнакомый человек предлагает мне ночлег! Такое вообще бывает?
Дом Марии Никитичны оказывается почти в самом центре, по крайней мере недалеко от него. Это серая кирпичная пятиэтажка. Квартира на втором этаже, и я поднимаю по ступенькам ее тележку.
Внутри типичная отделка еще советских времен, стенка производства ГДР, вытертый местами линолеум, старые обои, но чисто и порядок.
Вспоминается, как мы с мамой жили в квартире моей бабушки, когда я была маленькая. Обстановка очень похожая. На меня даже накатывает ностальгия.
— Давай-ка девонька, сразу дам тебе простынь и полотенце, а потом пойдем чайку выпьем с сушками, у меня на ужин-то ничего нет. Сама-то я тоже с дороги, — оправдывается она передо мной.
Я заверяю гостеприимную хозяйку, что чай с сушками — это прекрасно, и мне больше ничего не нужно. Она ставит чайник, а я достаю с полки кружки, и мы садимся за стол.
— Мария Никитична, может, знаете кого-то, кто жилье сдает? — закидываю удочку я. — Только мне бы не через агентство, а напрямую…
И чтобы желательно без документов. Очень не хочу нигде ими светить. Но про это я пока молчу.
Она задумчиво смотрит на меня поверх чашки с чаем. После чего решительно ставит чашку на блюдце.
— Так, девонька. Есть у меня дом на окраине. Вернее, половина дома. Это мужа моего второго, покойного, он там раньше жил, прежде чем ко мне переехал. Мы с ним хотели его сдавать, приезжих-то летом много, какая-никакая, а прибавка к пенсии. Вот он и начал его в порядок приводить, но доделать не успел. Нет, что-то сделал — крышу залатал, печку починил, канализация есть. Вода, правда, в колонке, но она совсем рядом с домом, так что жить там можно. Но работы, чтобы до ума довести, еще много. Плохенький он, облезлый весь. В таком виде его разве сдашь? Кто же за такое будет платить? Хотела бы я бригаду нанять, но дорого ведь все, а с моей пенсии-то особо не разгуляешься. Деньги мне не помешают, хоть и небольшие, а все лучше, чем ничего. Так что, хочешь — пойдем завтра, посмотришь. Может и подойдет тебе. Много за него не попрошу, так что не боись.
Ух ты! Я даже рот открываю от неожиданности. Вот это да! Неужели и мне, наконец, улыбнулась удача?