Дверь открылась около восьми вечера. Роман вошёл, бросив сумку в прихожей, и улыбнулся мне, как будто ничего не случилось. Он был в своём любимом костюме, с галстуком, слегка помятым после дороги.
— Привет, любимая, — сказал он, подходя и целуя меня в щёку. Его губы были холодными, но я не отстранилась.
— Дорога была длинной, но всё прошло гладко. Клиенты довольны. А у тебя как? Кирилл дома?
Я кивнула, стараясь улыбнуться, но улыбка вышла вымученной.
— Привет. Кирилл у друзей, вернётся поздно. Садись, я приготовлю чай. Нужно поговорить. — Он сел за стол, расстёгивая пиджак, и посмотрел на меня вопросительно. — Что случилось? Ты какая-то... напряжённая.
Я поставила перед ним чашку и села напротив, сцепив руки, чтобы они не дрожали. Глубоко вдохнула и начала спокойно, как планировала.
— Роман, мне позвонила Света. Она видела тебя в Питере. С женщиной. Вы обнимались, шли из ресторана. Она сказала, что вы выглядели... как любовники. — Мой голос не дрогнул, но внутри всё кипело. Я смотрела ему прямо в глаза, ища хоть каплю вины, но он просто моргнул, как будто я сказала что-то нелепое.
Он откинулся на стуле, усмехнулся и покачал головой.
— Света? Та, что всегда всё преувеличивает? Настя, это чушь. Я был на встречах весь день. Может, она перепутала меня с кем-то. Ты же знаешь, как она любит сплетни.
Я не ожидала такого спокойного отрицания.
— Роман, она уверена. Она подошла ближе, чтобы убедиться. И потом... я проверила твой ноутбук. Там чеки на отели, переводы в агентства. Не надо врать мне. Почему ты это сделал? Что тебе не хватало в нас? В нашей семье?
Его лицо изменилось. Улыбка исчезла, глаза сузились. Он резко поставил чашку стукнув о стол.
— Настя, ты что, шпионила за мной? Это мой ноутбук, мои дела, и мои деньги! Я трачу их, как хочу. И ничего не было, понимаешь? Никакой женщины! У вас со Светой мозги уже не работают от безделья, наверное, вот и выдумываете себе трагедии. И ты сразу истерики мне закатывать взялась? После двадцати лет брака? Ты меня не уважаешь?
Скандал разгорался, как пожар. Я почувствовала, как кровь приливает к лицу, и уже не могла сдерживаться. Упреки вырвались сами собой.
— Не уважаю? А ты меня уважал, когда спал с кем-то в Питере? Двадцать лет! Мы строили эту жизнь вместе, а ты... ты предатель! Я всегда была рядом, поддерживала тебя, родила тебе сына, а ты платишь мне изменой? За что? За то, что я не какая-то молодая тупоголовая модель в облегающем платье?
Он встал, ударив кулаком по столу, так что чашки задребезжали.
— Хватит! Ты истеричка! Ничего не было, я сказал! А если бы и было, то твоя вина! Ты скучная, Настя! Консервативная в постели, как старая бабка. Всегда одно и то же, никакого огня. Я мужчина, мне нужно разнообразие, страсть! Вот почему я ищу это на стороне. Ты сама виновата, что я вынужден!
Его слова ударили, как пощёчина. Я вскочила, сжимая кулаки, слёзы злости текли по щекам.
— Я виновата? Ты эгоистичный ублюдок! Я выполняла все твои желания, обхаживала тебя, воспитывала Кирилла, а ты только деньги приносил и думал, что этого достаточно? Я скучная? А ты... ты просто слабак, который не может быть верным!
Он психанул по-настоящему — лицо покраснело, глаза налились кровью.
— Ты должна извиниться за своё поведение! За то, что не веришь мне, шпионишь! Я ухожу. Поживу пару дней в гостинице, у меня снова командировка через пару дней. А ты подумай, когда позвонишь и попросишь прощения. Может, тогда я вернусь. — Он схватил сумку, которую даже не успел распаковать, и направился к двери, хлопнув ею так громко, что стекло в прихожей зазвенело.
— Идиотка! — крикнул он уже с лестницы.
Дверь захлопнулась, и квартира погрузилась в тишину. Я стояла, прислонившись к стене, и рыдала. Не от боли, а от обиды.
«Как он посмел обвинить меня? Меня!», — думала я, смахивая слёзы. Кирилл скоро придёт, и я не хотела, чтобы он видел меня такой. Но внутри что-то сломалось окончательно.
«Нет, Роман, я не позвоню».
Пусть ждёт. А я... я начну жить по-своему. Я посмотрела на нашу свадебную фотографию на полке и смахнула её на пол, стекло разбилось, как мои иллюзии. Завтра я позвоню адвокату. Или нет, сначала — маме. Мне нужна поддержка. Но сейчас... сейчас я чувствовала себя решительнее, чем когда-либо.
Он ушёл, но я осталась.
Я больше не была той испуганной женщиной, которая дрожала от страха потерять все. Нет, теперь я была той, кто решила взять свою жизнь в свои руки.
Роман думал, что может играть со мной, как с куклой, доставать из коробки по надобности, а наигравшись, класть на полку, но он ошибся. Я отомщу ему, и эта месть будет сладкой.