- Что ж, - опустошив тарелку, резюмирует Пётр. - Овсянка у тебя получилась весьма недурно.
Я даже впадаю в замешательство от… Комплимента?
Сколько же усилий он приложил, чтобы расщедриться на похвалу.
Браво.
- Потому что она проста в приготовлении, я считаю, - добавляет он ложку дёгтя. – Трудно было бы и здесь облажаться.
Рано радовалась. Отменяем аплодисменты.
- Окей. Давай завтра ты её приготовишь. И сравним, - предлагаю я.
- Это вызов?
- Если у тебя будет вкуснее, то…- задумчиво кусаю губу.
- Исполнишь любое моё желание.
- Хм, например?
- Узнаешь, когда придёт время.
- Не узнаю, - хитро улыбаюсь. – А вот ты дашь мне прокатится на своей тачке, если я выиграю.
Знаю, мальчики щепетильно и ревностно относятся к любимым автомобилям. Ох, видела я его дорогую машинку! Её внешний вид вызвал у меня эстетический восторг.
- Чего? – возмущается братец. - Отдыхай.
Попала всё-таки в уязвимое местечко.
- То есть ты настолько уверен в своём фиаско? – подлавливаю его.
Он сужает глаза, чувствуя, как его ловко на крючок наматывают.
- Так слабо и нет? – дергаю бровками.
- Окей.
Амбиции побеждают в борьбе со здравым смыслом.
Я ликую.
Ох, прокачусь с ветерком!
Заключив спор, мы даже жмём руки, обмениваясь соперническим взглядом.
Блин, даже не верится, что завтра меня будут потчевать овсянкой по-императорски. Трепещу в предвкушении. Надеюсь, это хотя бы будет съедобно.
После завтрака Петя уходит к себе. А я мою посуду и принимаю душ.
Только выхожу из ванной комнаты, как слышу недовольный возглас из гардеробной:
- Кууу-зяяя!
Мужской рык, как гром среди ясного неба.
Меня сразу пришибает. Замерев на месте, я тревожно перебираю возможные варианты претензий.
Выявляется один стопроцентный.
Кошкин хвост! Неужели он заметил подмену?
Опасаясь за собственную безопасность, спешно хлюпаю шлепками в свою комнату.
- Сто-ять! – звучит угрожающе за спиной.
Столбенею. От резкой остановки закрученное на волосах полотенце на бок заваливается. Поправляю его и нервно запахиваю халатик. Лопатки горят от выжигающего взгляда братца.
Сглотнув, медленно разворачиваюсь.
- Что случилось? – писк сопровождается кривой улыбкой.
Петя в той самой белой рубашке, правда не застегнутой. Опасным медленным шагом ко мне приближается.
- Я думал, ты мне скажешь, - требовательно впивается глазами в моё растерянное лицо.
Но я лишь пожимаю плечами в ответ, баррикадируясь от него сложенными руками на груди.
А про себя молюсь – боженька, спаси и сохрани.
- Это, - акцентирует парень, дергая за края рубашки. – Не моя вещь.
- А чья?
Мои щеки предательски заливаются краской. Ах, кто бы предупредил, что враньё требует более тщательной подготовки.
Петя буравит темным взглядом.
- У меня есть один вариант, - сквозь зубы цедит.
- Какой же?
Сердце волнительно подпрыгивает. Кажется, Немцов насквозь меня видит. С потрохами сжирает.
- Пока меня не было дома, ты приводила домой парня, - выдвигает версию. - Вы тут ебались, потом он жуть как вспотел, и ты хозяюшка решила постирать его вещь, а в замен отдала такую же мою.
- Ты что совсем сбрендил! – выпучиваю глаза. - Никого я не приглашала!
Да за кого он меня принимает?
- А какого хуя, чужая рубашка делает в моём гардеробе!
- Да с чего ты взял, что она чужая!
- Потому что, блядь, это не мой размер! И ткань другого качества!
- Она новая, ясно тебе?! – выпаливаю на эмоциях. – Я когда утюгом гладила, случайно прожгла рубашку. Пошла, купила новую. Всё!
- Случайно? – цепляется за слово. – Это блядь закономерно. Ты ж криворукая балда! Для таких как ты давно придумали отпариватель!
- Знаешь, что? – закипаю подобно чайнику. Пар из ушей свистит. - Сам возись со своими рубашками дурацкими! Я свои кровные деньги потратила, переживала, а ты… Неблагодарный!
Раскалённые угли в мужских глазах ощутимо угасают после моего выплеска.
На место экспрессии приходит холодная жесткость.
- Сама накосячила. А покупать синтетику за 100 рублей я не просил, -брезгливо снимает рубашку.
- 100? 800 не хочешь?!
Для него – копейки. А мне обидно.
- Зуд по коже от этого дешевого трепья, - бросает Петя на пол вещь и расчесывает плечи.
- Ах, ну конечно! Вы же у нас голубых кровей! Тонкокожие, высокочувствительные, чересчур нежные, чуть что сразу аллергия… - едко подмечаю я.
- В натуральной ткани кожа дышит, - бесстрастно аргументирует он. - Сама-то хлопковые трусы носишь. Не потеет, не натирает, правда?