Оборотень поборол страх. С мокрой шкуры полетели грязные брызги, когда тварь набрала скорость. Его подстёгивала жажда крови, будто молчаливый надсмотрщик с кнутом в руках. Судьба вела на заклание не только Яна — его враг был такой же марионеткой.
«Куда я целюсь? Кого должна сразить моя стрела?» — рука поднялась выше, указывая в ненастное небо. Среди темных облаков вспыхнул свет, на мгновение озарив гневное лицо божества.
Истинный враг наконец показался, оставалось только бросить ему вызов. Ян произнес имя верного товарища в третий раз: «Нюй». Призыв удался: капли дождя огибали прозрачный силуэт лука. Когда рябь улеглась, в руку легла рукоять оружия. Стрела легко встала на полочку, он оттянул тетиву до подбородка и прицелился. Оборотень в тот же момент рванул к нему. Для выстрела остался только маленький просвет. В него Ян и спустил стрелу. Она просвистела мимо зверя, устремляясь в вышину.
Оборотень вонзил когти в живот Яна, повалив того на землю. Удар оказался смертельным. Стрела же пролетела по дуге, не достав до небес и вонзилась в пагоду. Вызов брошен. Сознание стремительно покинуло его, оставив только жгучую боль в кишках.
Ян пришел в себя как раз в тот момент, когда стал соскальзывать с крыши. Он быстро зацепился за кровлю и подтянулся на одной руке. Приподнявшись, ему удалось отыскать безопасный участок, что не грозил в любой момент обвалиться.
Терять ещё больше времени было нельзя. Ян вызвал лук и уже доставал стрелу из-за спины, когда его взору предстала удивительная картина: он мог разглядеть каждый колосок, растущий на соцветиях тростниковой кровли; в небе сияла россыпь драгоценных камней — звезды, далекие и ближние, освещали темный покров вместе с лунами, покрывая ночную высь до горизонта. Даже ладонь Яна казалась другой: кожа дышала через маленькие отверстия, а прямо под ней он наблюдал как темные потоки крови шли по венам и артериям.
Куда бы Ян не повернул голову, везде его ожидало чудесное открытие. То, что раньше нельзя было разглядеть, стало видно как на ладони. Крохотные вещи, дальние ориентиры, новые цвета. Даже во тьме у черного и серого появилось множество оттенков.
А ведь сейчас царила ночь, на что же его глаза будут способны днём, когда яркоцвет раскроет лучезарный бутон?
«Это чувство энергии?!» — внутри он уже знал ответ.
Неожиданно, кто-то схватил Яна за штанину, от чего тот чуть не скатился по крыше. Новые возможности вскружили ему голову и затуманили рассудок. Узнай об этом дедуля Цао, и Яну прилетела бы крепкая затрещина. Удержав равновесие, он посмотрел вниз, во внутренний двор. К нему тянулась толстенная ручища дядюшки Мо. В руках мужчина держал странное копьё. На древко был намотан бамбуковый стебель. Теперь Ян вспомнил, что уже видел подобную конструкцию, прямо перед тем, как дядя подсадил его. В тот раз он не уделил внимание оружию, слишком много всего навалилось.
Из бамбука торчала веревка. Точно такую же странную веревку дядюшка использовал в фейерверках и называл её “фитиль”. Стоило ей догореть, как в небо устремлялись искры в форме цветов. Сегодня они как раз должны были смотреть на эту красоту всей деревней.
— Бери! — скомандовал дядюшка Мо и просунул копье на крышу. — Кровля меня не выдержит. Зажги фитиль и бросай!
— Зажечь и бросить? — повторил за ним Ян, пока поднимал копьё к себе. Вес оружия сильно изменился из-за бамбукового снаряда. Баланс сместился в сторону наконечника: метать копье будет чрезвычайно сложно. Следом дядюшка протянул зажжённую лучину.
— Ага. Как подожжешь — действуй быстро, иначе без рук останешься! Это “копьё яростного огня”, — название оружия впечатлило Яна, заодно он представил, как оно взорвется у него в руках.
Длина копья не позволяла держать его вместе с луком, поэтому Ян отпустил оружие обратно в пустоту. Каково же было его удивление, когда цвета разом померкли, а небо снова укрылось темным саваном, спрятав за ним сокровища. Он попытался проморгаться, тряхнуть головой — ничего из этого не помогло. Чувство энергии пропало. Теперь Ян ощущал себя самым настоящим калекой. Слепцом, что на ощупь ползает в прекрасном мире света и красок.
Ответ был очевиден: Нюй каким-то образом позволял чувствовать энергию. Оружие даровало это умение хозяину, пока тот держал его в руках. Стоило только убрать лук, и всё пропадало. Как учил Хун Фань: любое предположение нужно проверить. Так Ян и сделал.
Когда лук вновь лег в его ладонь, глаза снова стали видеть на том же поразительном уровне. Ян чуть не ослеп: он как раз глядел на луны. Серпы полумесяцев будто выжгло в его зрачках. Даже когда Ян прикрывал веки, во тьме отчетливо вырисовывались светлые пятна.