В этот момент Джон должен был сделать со своим сердцем тоже самое, что и когда-то с камерой — уничтожить и выбросить. Но пока, оно только уничтожено. Парень проходил по улицам, ничего не видя перед собой, задевая плечом прохожих. Его душили слёзы. В нём билось желание спрятаться, исчезнуть, испариться, или наконец разбиться о скалы. Боль пронизывала всё тело словно острой иглой, и Джон быстро шёл вперёд, как будто бы от этого можно куда-то убежать.
Он жалел, что вылет в Монреаль ещё нужно ждать, что нельзя прямо сейчас сесть на этот чёртов самолёт и улететь. Как будто бы побег спасёт его от цунами, происходящего внутри него. Скорее всего, Финн был прав — побег от себя невозможен. Но казалось, что Джону ничего больше не остаётся, как бежать туда, где его чувственность заканчивается, чтобы вновь обрасти бронёй пофигизма. Детство в Монреале однажды уже вырастило из него жёсткого, хотя бы снаружи, человека, который не отдаётся с головой чувствам, которому важнее собственная независимость, чем тепло человеческих чувств. Сейчас уже сложно поверить, что Джон может вновь таким быть.
***
Он долго плутал по улицам, пока в итоге хоть немного не пришёл в себя. Теперь он мог понимать куда идёт, видеть перед собой, и ясно думать. Джон не понимал, облегчение это или опустошение — когда буря эмоций утихала. Но это всегда было долгожданным чувством. Потому что способность ясно думать ему точно нужна в жизни.
Проходя уже по пустым улицам, он понял что зашёл вглубь с центральной улицы в многоквартирные дома — там, где более тихо. Темнота уже опустилась на город, и от неё было как-то спокойнее. Парень дошёл до последнего места, которое собирался посетить. Фонарь. Их было много вокруг, и все одинаковые, на первый взгляд. И только для Джона этот фонарь обозначал нечто большее и особенное. Возле этого фонаря год назад он в первый раз встретил незнакомца, который в последствии изменил его жизнь до неузнаваемости: тот, кто сделал его самым счастливым; показал, что такое настоящая семья; подарил величайшее чувство любви и тепла; который смог вытащить чувственного Джона из скорлупы внешней чёрствости.
Мёрфи не был на этом месте ни разу с тех самых пор, а сейчас он чувствует столько волнения от воспоминаний. Всё выглядит в точности как тогда. В голове проносятся кадры памяти того вечера — каждый кадр, один за другим. Только нет дождя, который обрамляет световой шар, и нет камеры у Джона в руках. Но складывалось ощущение, будто бы он вернулся в прошлое на год назад. Будто, вот он, вышел просто прогуляться, и сейчас достанет свой фотоаппарат и будет делать кадры, смотря в небо. Будто бы, как только он опустит свою камеру, он увидит приближение загадочного силуэта, а после незнакомец с магнетическим взглядом подарит ему поцелуй и исчезнет. А Джон будет в замешательстве и поисках объяснения произошедшему. Будет сидеть на кухне с друзьями и своей девушкой, и мечтать увидеть этого парня снова. Будет истязать себя догадками, а через пару месяцев их случайно познакомит Линкольн. И Джон будет злиться, разочаруется, но не надолго. Беллами снова очарует его, и очень быстро.
Джон почти что верил в то, что так сейчас и будет, что незнакомец вот-вот появиться. И парню представиться шанс всё исправить, поступить по-другому. От этого ощущения прошлась лёгкая дрожь по телу, а на сердце стало легче. Надежда и наивная вера в чудо спасает людей, помогая справиться с любой тяжестью и болью.
Парень залип на этом моменте, не замечая сколько времени уже стоит на одном месте и наслаждается приятным чувством дежавю. И стоило ему только посмотреть в ту самую сторону, с которой он ждёт Его, загадочный силуэт, будто бы явившись из мечтаний Джона, реалистично приближается к нему. Мёрфи даже не удивился тому, что сошёл с ума — это рано или поздно должно было случиться с его-то пулей в башке. Но вдруг он чувствует реальное тепло от прикосновения чужих губ на своих, и слишком тёплые руки на своей шее, слишком родной вкус на губах — эти ощущения не могут быть галлюцинацией. Он перестаёт дышать от напряжённости момента, и от страха спугнуть эту недоиллюзию-недореальность.
Неужели он видит реального Беллами перед собой? Или он всё-таки спятил? Но этот поцелуй, словно разряд тока по нервам, импульс за импульсом, проходится по всему телу, и оживляет, заставляет поверить, что перед ним Он. Его губы целуют так же, как в первый раз: так же уверенно, так же раскованно, так же вовлекая в свою игру.
Беллами отрывается от губ Джона, смотрит на, сбитого столку, парня, у которого трясутся руки от неожиданности и переполненности чувствами, чей взгляд наполнен непониманием и влагой, и с той непосредственной улыбкой, как год назад, произносит:
— Привет, парень. Извини, что так вторгаюсь в твоё личное пространство. Меня зовут Беллами Блейк. Надеюсь, ты не против познакомиться со мной?
Комментарий к Фотоаппарат в Его руках, кадры памяти, силуэт под уличным фонарём.
Halsey - Sorry - саундтрек переглядки у дома Беллами.
========== Лучи солнца, падающие на плечи; лепестки Магнолии в волосах; весенние краски в отражении глаз. ==========
Джон боялся засыпать на полу в детстве; боялся оставаться один; боялся расстроить родителей. После, он боялся быть таким, как они; боялся, что, хотя бы самая маленькая часть в нём, будет такой же как у них; он боялся не встретить искренних друзей, не найти единомышленников. Когда встретил Беллами взамен старым страхам пришли новые: он боялся своих сильных чувств; того, что так и не научиться ими управлять; что станет слишком зависим от них; и не сможет жить без парня. Но все эти страхи пустой звук по сравнению с тем, что он испытывал сейчас: он боялся открыть глаза и обнаружить, что это сон или фантазия; что Беллами не стоит сейчас перед ним, и не смотрит ему в глаза в ожидании ответа.
Парень был в замешательстве. Он смотрел на Беллами ничего не понимающим взглядом, и на самом деле не мог произнести и слова. В голове стоял лишь один вопрос: «Что?». И он приложил усилия чтобы его озвучить:
— Что?
— Немного неожиданно, я понимаю, — ответил Беллами. А у Джона в голове возник второй вопрос: «Немного?»
Беллами выглядел почти точно так же, как в вечер их первой встречи. И Джон уже почти поверил, что как-то с помощью силы мысли смог провернуть эту штуку с возвратом в прошлое. Якобы он очень хотел, и как-то это случилось — скорее с головой у него что-то случилось. Смущал только факт, что всё было не совсем так, и Беллами не исчез, а знакомился. И взгляд у него был не такой лёгкий и бесшабашный как в тот раз. Видно, что сейчас он был более продуманный и целенаправленный.
— Значит, что насчёт знакомства? — с улыбкой продолжил Блейк. — Я не сумасшедший, как может показаться. И больно не кусаюсь. Скажи что-нибудь.
— Я… я не понимаю, — выдавил из себя Джон, пытаясь прийти в себя.
Он уже стал подозревать, что Блейка кто-то ударил по голове, и тот потерял память — другого объяснения происходящему он не мог найти.
— Думаю, что нам с тобой следует познакомиться заново и начать всё с чистого листа, оставив все неприятности позади, как будто их и не было. Может быть, если бы я ещё тогда с тобой познакомился, всё вышло бы иначе. Но надо же исправлять ошибки, верно?