— Послушай, — сказал я максимально спокойно, — ты понимаешь, что организм — это не конструктор?
— Ну почему же! Вот вы же создали…
— Я создал, — перебил я его, — потому что потратил пятьсот лет на изучение биохимии, генетики, эмбриологии и ещё десятка смежных дисциплин. А ты хочешь за неделю слепить чудовище из трёх разных животных.
— Но теоретически…
— Теоретически, — я достал из кладовки баночку с мутантом, который когда-то должен был стать улучшенной версией лабораторной мыши, — вот что получается, когда «теоретически».
«Ученик» уставился на содержимое. В банке плавало нечто… неопределённое. С тремя глазами, двумя хвостами и чем-то, что могло быть либо плавником, либо недоразвитой лапой.
— Это… что?
— Это то, что получилось у моего предшественника, когда он решил «просто скрестить пару генов». Организм отторг половину изменений, вторая половина мутировала непредсказуемо, а в итоге… — я покачал банку, — вот тебе «идеальный организм». Прожил, кстати, целых три дня. Рекорд.
Он побледнел.
— Так что запомни, юный падаван, — продолжил я, ставя банку обратно, — в химерологии нельзя просто взять и смешать всё подряд. Это как в кулинарии. Ты же не будешь смешивать всё подряд в один котёл и ждать, что получится шедевр?
— Не буду…
— Вот и с генами так же. Каждое изменение тянет за собой цепочку последствий. Ты меняешь один ген — перестраивается метаболизм. Меняешь метаболизм — начинаются проблемы с гормонами. Гормоны сбиваются — отказывают органы. И так далее, по цепочке. Это как дёргать за ниточку в свитере. Рано или поздно весь свитер расползётся.
— То есть… невозможно?
— Возможно, но это требует точности, терпения и готовности к тому, что из ста попыток девяносто девять закончатся вот такими вот баночками.
Так что сейчас мне нужны были простые исполнители. Ассистенты, которые смогут выполнять базовую работу: готовить инструменты, смешивать реагенты, проводить простейшую диагностику… С этим справится любой, у кого есть хоть капля Дара и немного мозгов. Так что да, этот парень, кем бы он ни был, мне подходил.
Но теперь, глядя на него, я понимал, что всё не так просто. Он сидел передо мной, всё ещё дрожа, и пытался прийти в себя после того, как моя «гвардия» так эффектно разобралась с его преследователями. Он был напуган, но в его глазах я видел не только страх. Там была ещё и растерянность. И какая-то затаённая злость.
— Они меня подставили, — наконец выдавил он из себя, когда я протянул ему стакан воды. — Это была ловушка.
Он рассказал всё, что знал. А знал он немного. Анонимный заказ через сеть. Встреча с посредником в условно-безопасном месте. Передача сферы-накопителя, которую нужно было «продиагностировать и подзарядить». Стандартная, рутинная работа.
Вот только его ждали с какой-то другой, пока непонятной для меня целью.
— И ты понятия не имеешь, кто заказчик? — спросил я.
— Нет. Поймите, я просто хотел заработать.
Я кивнул. Да уж. История была мутной. И мне, конечно же, было до чёртиков интересно, кто и зачем устроил всю эту охоту на молодого химеролога. Кто-то хотел его убрать? Или просто проверить? Или это была часть какой-то более сложной игры?
Вопросы, вопросы…
Но сейчас было не до них. Я посмотрел на часы. Уже поздновато. За прошедший день я довольно сильно вымотался, так что голова гудела от усталости.
— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — С этим мы разберёмся потом. Сейчас тебе нужно отдохнуть. Вон кофемашина, а вон холодильник и микроволновка. В конце коридора есть свободная комната. Располагайся. Поговорим, когда выспишься.
Он с благодарностью посмотрел на меня и, пошатываясь, поплёлся в указанном направлении.
А я пошёл спать.
Разборки, интриги, тайные заказчики… всё это, конечно, увлекательно. Но даже у самого гениального химеролога в сутках всего двадцать четыре часа. И иногда их нужно тратить на сон.
На следующий день я работал.
Клиенты, все дела…
День начался с боевого хомяка. Нет, серьёзно. Ко мне притащили пушистый комок ярости, которого его хозяин, прыщавый студент, гордо именовал «Крушителем Черепов».
Этот Крушитель, по словам владельца, «потерял боевой дух» и перестал с фанатизмом грызть прутья своей клетки.
Я положил ладонь на крошечное тельце. Ну да, конечно. Какой-то недоучка-химеролог вживил бедному зверьку атрибут «Берсерк» низшего ранга, но забыл укрепить ему нервную систему. В итоге хомяк просто выгорел. Его крошечный мозг не выдержал постоянных всплесков немотивированной агрессии.