— А-а… Еуропа… — он услышал что-то знакомое.
'Где я? В Америке, что ли?… — я был наслышан о географической неграмотности американцев. Но не до такой же степени, чтобы только при упоминании одного названия света можно сориентироваться, что это где-то там. — Хотя я сплю… И вполне могу находиться в таком мире, который крайне далёк от моей реальности'.
— Объединёны Еуропа. Я знаэ, — продолжил Эри, — Был там. Давно это бытэ. Тридцать лет ране. Больше я Гео не посещатэ… Далёко это и денег много надо.
'Белиберда какая-то, — подумал я, — Как это тридцать лет назад? В младенческом возрасте что ли? Хотя, может быть, ему и 40 лет сейчас… Но с трудом вериться'…
— Значит Вы из Еуропа? — спросил меня Эри.
— Да нет же… Из России! Но мой город находиться рядом с Европой, — уточнил я.
— Рýссия… — призадумался Эри, — Да. Знаю… Это колыбель русских, славянэ…
***
С каждой минутой, проведённой в этом зале, среди окружающих меня людей, ко мне стремительно и безжалостно возвращалось присутствие реальности, а моя убеждённость, что я сплю — рассыпалось на глазах. Медленно но верно, я подходил к мысли, что всё это… — я глядел по сторонам, — всё это реально! Я несколько раз ущипнул себя за руку — боль отлично ощущалась, участок кожи на ладони покраснел. Я чётко видел окружение и осознавал своё присутствие в нём. Такое не может быть сном.
В куртке мне было жарко и я решил её снять. Положил на диван рядом с собой. Невесть откуда в этот момент появился стол. Большой металлический стол овальной формы стоял перед мягкими диванами и креслами. 'Может, из пола вырос' — тупо предположил я.
Люди, которые подходили, были одеты также как и первый иностранец, которого я увидел в этом необычном мире — белые рубашки и серые штаны. Видимо, своя униформа такая. Люди выходили из-за противоположной стены, и я подумал: наверное, там выход — лестница или коридор…
Собралось уже людей примерно десять. И через каждые полминуты появлялись новые. Откуда ж они прут? Кто-то даже катил за собой мягкие кресла, чтобы присесть к овальному столу, так как диванов на всех не хватало. Причём кресла они не несли, не везли и никак к ним не прикасались… кресла сами за ними ехали, без своеобразного скрипа колёсиками о кафельный пол, тихо и спокойно двигались вслед хозяевам, как послушные собачки на привязи. Правда, привязи не было. С помощью дистанционного пульта они это проделывают? 'Вот чудеса техники!'.. Вновь подошедшие здоровались со мной и со всеми присутствующими. Но не жали друг другу руки, как вообще-то принято во многих странах, а символично подносили руку к груди и наклоняли голову в приветствии. Что-то азиатско-японское проглядывалось в этом жесте приветствия.
Места в большом зале было много. И спокойно хватало на 30 или более персон. Не заполнив и половины зала, мне казалось излишне людновато и хотелось куда-нибудь уйти и собраться с мыслями: понять, разобраться, попытаться что-либо осмыслить… Что происходит вообще?!
Это реальность!!!
Такое невозможно! Но это сейчас происходит и происходит именно со мной! Я нахожусь чёрте где, в далёком от родного Питера месте, в чужой стране… Да что там! В чуждом мире! И самое что невероятно… в реальном!!! В самом что ни на есть РЕАЛЬНОМ МИРЕ! Как я здесь очутился?! Почему я не заметил перемены?
Мне становилось жарко, а голову начали терзать холодные мурашки. Мысли безумным гнётом рвали во мне разум, безуспешно пытаясь разобраться в происходящем. Меня одолевало растущее беспокойство, мне было не по себе.
'Проснись, проснись, проснись! — командовал мой разум, надеясь только на чудо, на то, что это всё же сон. — Проснись же! Окрой глаза! Разуй свои сонные очи!' — но ничего не происходило. Я по-прежнему сидел в том же зале. Возле меня проходили и рассаживались: Эри, первый иностранец, которого я увидел в лаборатории, а также другие, в основном, молодые люди. Многие были ниже меня ростом, а некоторые были вовсе небольшими людьми — я был их выше на две с лишним головы. Подошли также девушки. Красивые и улыбчивые девушки, возрастом не старше 25 лет. Они также меня символично приветствовали. Вначале я недоумевал, но потом решил аналогично приветствовать последних вошедших. Вид мирных и улыбчиво-жизнерадостных людей меня немного успокаивал. Жар постепенно спадал и я, отходя от волнения, начал вслушиваться в их беседы на неизведанном языке.
То, что вошедшие были последними, можно было догадаться по тому обстоятельству, что стена за ними придвинулась вперёд и более не отодвигалась. Все расселись возле стола. Изучающее смотрели на меня, чего-то ждали. В свою очередь, я изучающее глазел на них прыгающим взглядом — от лица к лицу…