Со мной пытался заговорить первый военный, Егор. Хотел узнать, как там, в 63 дивизии, что происходит. Но я отмахивался, мол, не помню. Вроде как, отрывки вспоминаю, а всё целиком вспомнить не могу. Вот приеду туда и, возможно, всё вспомню… Он вернул мне сумку. Предлагал закурить. Но я не курил, и вежливо отказался. Вскоре его окрикнули на посту — 'Егор, твою мать! Я долго ещё буду здесь торчать вместо тебя?!'. Егор кивнул Лейтенанту и ушёл к посту. Лейтенант тем временем распечатывал мне временный пропуск. Я отметил, что принтер у лейтенанта необычный. Не такой, каким я привык его видеть. А мобильный, лёгкий, компактный и удобный. Принтер, можно сказать, не сам брал бумагу и распечатывал его, а офицер брал принтер в руку и проводил над бумагой, прижатой к столу. Принтер печатал по мере движения по толстой бумаге. Причём сразу в цвете. Вот появилась моя, точнее, Владислава фотография. Большими буквами 'Владислав Алексеевич Губанов', далее мелкими буквами 'старший сержант полка такого-то дивизии такой-то'. После распечатки, лейтенант, что-то ещё подклеил, подрезал, поставил штамп и готово.
— Готово! — повернулся он ко мне и передал бумагу сложенную пополам, размером с паспорт. — Вот, сержант. Постарайся больше не терять. Держи всегда при себе…
Я взял документ. Временный пропуск. По всей видимости, он мне позволял беспрепятственно попасть в свою часть. Поблагодарил младшего лейтенанта Турова.
— Да что ты! Это моя работа. Не просто же так сижу на КПП… Эх, ладно, солдатик! Бывай! Передавай привет там от нашей 14 дивизии.
Он крепко пожал мне руку и занялся своими делами.
Я пошёл к пропускному пункту, где стоял и лениво проверял документы солдат Егор. Он взглянул на мой пропуск чисто формально. Улыбнулся:
— Ну, давай, вспоминай всё там по приезду… А то ведь смешно получилось, я уж подумал, что мародёра без документов словил. Рад, что оказалось не так. Не хотел бы я тебя к стенке ставить… — он тоже пожал мне руку, крепче, чем офицер. Я подумал, как хорошо, что здесь этот жест приветствия и прощания не забылся. Егор заметил. — Слушай, где ты так подзагорел? На севере что ль жарко стало? Или от вспышки взрыва в школе покраснел?.. Хе-хе!
Он дружески рассмеялся. Я компанейски улыбнулся. И перейдя через рубеж, вспомнил, что мне нужно было ещё узнать:
— Егор, — обратился я к солдату.
— Да, сержант!
— Ты не знаешь, как я смогу отсюда добраться до… своей части?
— Так это… вот, автобусы стоят в конце улицы на той поляне. Иди к ним. Там автовокзал, в каком-то роде. Во многие города идут рейсами… Я Колпино там как-то видел. Не знаю, как часто ходят… Сходи, да проведай. Только с дороги не сходи, а то подорвешься. Здесь мины-ловушки. Будь осторожен… Ну, знаки и ограждение увидишь, сообразишь… Наши всё равно только завтра поедут на север… Не будешь же ты их ждать… Ну, бывай! Удачи! Живи, брат… А-а! Ещё, — окликнул меня Егор, — не разгуливай в гражданке. А то ведь не признаем потом…
Я попрощался с ним. И пошёл, слегка прихрамывая, по улице через минные поля — на далёкую поляну. По сторонам дороги была натянута колючая проволока с табличками 'Осторожно, мины!' И так метров сто…
День выдался на удачу отличным. На небе практически ни облачка. Солнце светит ярко, даже обжигающе. На улице тепло. Стрекочут кузнечики и в глаза непривычно лезут мухи с мошкарой.
***
'Автобусов' было немного. Только на автобусы многие и них не были похожи, хоть убей. Это были, в большинстве своём, обычные фуры с открытым кузовом. Встречались, конечно, и микроавтобусы необычной и незнакомой для меня конфигурации. Ходили люди, рассаживались по 'автобусам'. На грузовиках и микроавтобусах повешены таблички. Валдай, Пестово, Чудово, Тверь, Малая Вишера — было на них выведено чёрной краской. Санкт-Петербурга не было. Я увидел грузовик с табличкой 'Колпино'. Колпино — это пригород Питера, в десятке километров от самого города. Я подошёл к пожилому водителю грузовика. Он лениво курил на солнышке возле открытой двери своей фуры. Я спросил, есть ли здесь, на поляне, автобус или грузовик, который идёт до Петербурга. Он поинтересовался, не с дуба ли я рухнул, и сказал, что до Мёртвого Города уже давно ничего не ходит. А если надо в Мёртвый Город, то мне следует ехать до Колпино, а там на попутке, может, повезёт. Я уточнил, когда этот, как бы 'автобус', отправляется. На что водитель ответил, как народ наберётся — так сразу. Народ в грузовике уже набрался прилично, и свободных мест оставалось немного. Тогда я спросил, сколько стоит проезд до Колпино.
— Сто, — кратко ответил водитель.