Ещё он вспомнил недавний разговор с Паутом Воэ, который не забыл навестить друга, по прибытию на Битурт. Паут рассказал одну странность, которая не вылетала у него из головы и он не нашёл ей объяснения. Маяк-пеленгатор, который уловил сигнал камтика, находился в семи, нет, даже почти в восьми километрах от того двора. Но каким-то образом он засёк его. Что физически объяснить невозможно — так как маяк с трудом бы засёк камтик и в пяти километрах — связь в этом случае была бы не устойчивой. А это вызывает вопросы: как такое объяснить? Как объяснить, что на таком удалении неожиданно появилась связь с камтиком, где не должна была появится по законам физики, и оказалась очень устойчивой? Заметьте, до этого не работала вообще! Никак. И вдруг заработала именно в самый последний момент…
— И что это значит, — спросил Алекс Паута.
— Не знаю, — ответил Паут. — Я могу лишь только предполагать…
— И что ты предполагаешь?
Паут нахмурился и осторожно начал:
— Я вот предполагаю, что это всё неслучайно… Как-то это больно странно — появилась связь именно В САМЫЙ последний момент, когда тебя можно было застать живым…
— И?
— …Я думаю, что кто-то тебя хотел спасти. И сделал так, чтобы связь заработала. Специально заработала. Как это получилось — ума не приложу. Может быть, какой-нибудь трансфер для этого включили или передатчик, или ещё что-нибудь… Так просто, из ничего, это не могло произойти, надо понимать. Кто-то тебе помогает…
— Кто бы это мог быть? Бог? — ошеломлённо поинтересовался Алексей.
— Без понятия. Может быть и Бог. А может быть Судьба, каким-то образом… Не знаю. Нечего гадать. Это должен знать ты, Алекс!
— Я не знаю… — ответил он честно.
Странно. Кто бы это мог быть? Или это всего лишь предположения?..
Димон пожал руку и заскочил в двери станции Петроградская. Алексей с минуту постоял. Подумал, что этот мир ведь можно изменить. Взять и изменить его будущее. Только не понятно, какие усилия для этого потребуются? Сможет ли он? В силах ли это для одного человека? И как бы не получилось хуже… Алексей понимал, что через какое-то время он обязательно сюда вернётся. Он будет скучать по этому миру, по всей этой нелепой городской суматохе. По родителям обязательно будет скучать, по друзьям, даже по Димону, который не хочет ему верить. Конечно, он будет скучать по этому городу. И он постарается что-то сделать, чтобы через двадцать шесть лет не случилось того, что ему и миллионам людей того мира пришлось пережить…
— А может и не будет ничего этого? — он спросил себя в полголоса. — Может, это мир будет развиваться по другому сценарию? — и немного погодя ответил себе. — Может… По закону подлости, всё может…
Мелкий моросящий дождь не прекращался. Прижав поплотней воротник к горлу, он пошёл домой, медленно прогуливаясь по улицам своего любимого города в последний раз.
Да… В последний раз…
Часть вторая
Альверец
(Санкт-Петербург, 8.03.09 — 13.10.09)
Глава 1
За большими окнами блестели огоньки дальнего берега. Слегка заметно подрагивали кроны деревьев от временами налетавшего морского бриза. На море было относительно спокойно. Лунную дорожку время от времени перекрывала тень проплывающего корабля.
Паут Воэ сидел в своём любимом кресле, которое он с неподкупной тщательностью подбирал сразу в нескольких магазинах долгое время десять лет тому назад, и которое здесь — в его доме — каждый раз подолгу дожидается и приветливо, даже как-то нежно, принимает своего хозяина. Нельзя сказать, что кресло автоматизировано и наделено интеллектом. Это кресло не умеет перемещаться самостоятельно, а тем более общаться со своим хозяином. Однако у него есть добротные гравиусилители, которые позволяют с лёгкостью передвигать кресло с места на место. И это вся его автоматизация. Всё остальное — это мягкая, шелковистая бахрома, обтянутая на всё кресло.
Хозяин кресла задумчиво смотрел в окна своего дома — смотрел на великолепный пейзаж сотканный природой и людьми, раскинутый на всю ширь огромных окон. Он смачно попивал свой любимый напиток — персиковый сок и негодовал, как люди не ценят этот напиток, дарующий такое райское наслаждение… Хотя — у каждого свой вкус. То, что он так любит проводить время — тоже на любителя.
Да. Паут Воэ был таким любителем. Он любил в свой выходной, который случается не так уж часто, как могло быть, особенно в последнее время, сидеть в большом зале своего дома, просто сидеть в мягком и удобном кресле, бесконечно думать о чём-то, время от времени отпивая оранжевый сок из кубического хрустального бокала. И наслаждаться тишиной и просторным уютом для мыслей.