И вдруг Паут на горизонте заметил странное движение. Какой-то огонёк приближался к ним с неимоверной быстротой. Паут стал прицеливаться и в окуляре разглядел этот предмет. Эргозаряд!!
В них выпущен эргозаряд! Да как они посмели использовать запрещённое оружие! Это свето-лучевое оружие уничтожает исключительно живые материи за счёт сильного локального всплеска радиации. При этом не трогает ни технику, ни здания. Все живые существа, которые угодили в этот разряд мгновенно погибают. И такой снаряд летит прямо на них, в здание администрации. И против этого заряда выставить ничего нельзя. Увидевший приближающий яркий шар, знает точно, что это верная смерть, спасения нет.
Паут Воэ что есть мочи выкрикнул: 'Эргозаряд!!', надеясь что все услышат его и успеют что-либо сделать… Но успевал только он. Ему можно было выпрыгнуть из окна, упасть в бетонный колодец, который оказался под его окном. Он заприметил его давно — ещё в начале, когда они обосновывались здесь. Непонятно зачем он там находился. Может когда-то хотели сделать пристрой или залить фундамент под какое-то оборудование. А может по задумке архитекторов здесь должен был быть бассейн. Никому не известно. Но то что он случайно оказался под окнами — это шанс спастись. Математический решатель Паута определил с точной последовательностью все необходимые действия и за миллисекунду вычислил, что на всё ему потребуется 3,5 секунды, даже с учётом повреждения ног.
Паут выпрыгнул. С перевязанными ногами в два прыжка перескочил раскуроченную разрывами площадку и бросился в бетонную яму, группируясь при падении. Боковым взглядом он видел как эргозаряд пролетел над ним, ударяясь в окна 4 этажа, проникая внутрь. Приземлившись, прижавшись к холодному бетону, крепко зажав глаза и приложив лоб к осыпанной земной крошке, он услышал негромкий хлопок. На секунду всё вокруг стало обжигающе ярко. Даже закрыв глаза, он видел отражение слепящей вспышки. Его счётчик радиации показал гигантский скачок, продолжавшаяся не больше секунды и затем утих. Он, конечно же, получил дозу радиации, но терпимую, не такую, какую получили все остальные — не сопоставимую с жизнью.
Несмотря на то, что было жарко, Паут почувствовал леденящий холодок. Он уже не мог чувства откладывать за свою спину и терпеть. Чувства поддались вперёд и переполнили его. Он ощутил влажность у самых глаз. Он не знал, что он способен плакать. Ему не приходилось раньше плакать. Но сейчас он уже не мог себя сдерживать. Сигналы его товарищей медленно угасали в его голове. Последним угас, как ему показалось сигнал его брата, который успел командовать группой всего лишь несколько минут. И погиб. Они все погибли! Он остался один. Его инстинкт самосохранения не позволил ему умереть рядом с товарищами.
Тут Паут вспомнил про детонатор и пощупал карман комбинезона. Детонатор был на месте. Он достал его. Распечатал. Оставалось только нажать на кнопку. Но нет. Рано.
Он дождался когда экстремисты осторожно подберутся ближе к зданию. Он услышал рядом их разговоры: 'Наверное, мертвы', 'Шутишь, это же эргозаряд! Там никто не мог выжить', 'Точно, там все мертвы!', 'Генератор наш! Наш!!', 'Мы победили!'.
— Чёрта-с два вы победили, — выкрикнул Паут из своей бетонной могилы и с яростью нажал на кнопку детонатора.
Этот математический решатель, который встроен в мозг, ему всегда казался ненужным. Зачем военному математика? Иди и стреляй! — думал он, — зачем решать какие-то математические или геометрические уравнения?.. Но сегодня он изменил своё мнение. Он всё рассчитал с точностью. Заряд находился на третьем этаже. Он же находился в бетонной яме на расстоянии 11 метров от здания, глубиной в 2 метра и 33 сантиметров плюс-минус два сантиметра. Бетон прочный, с расчетной прочностью 600 килограмм на сантиметр квадратный. Толщиной не менее полуметра. Атомный ударник всего силой в 3 мегаджоулей. Ударная волна не сможет пробить бетон и достать Паута. Но ударная волна разнесёт в щепья всё здание и два ближайших квартала со всеми его жителями и теми, кто оказался рядом. Выжгет всё в радиусе 200 метров. Паута же может засыпать осколками разрушенного здания, вырванной землёй — но это не должно быть существенно…
После того как Паут нажал на кнопку, взрыв проревел над его ухом спустя секунду. Боковым зрением, из прямоугольного окна колодца, позволявший осматривать чёрное небо, он видел как во все стороны разлетаются и крошатся бетонные плиты здания, в вперемешку с пылью, хламом, выжигающим ярким пламенем и человеческими смертями. Он прижал руки к голове и закрылся. Поднятые в воздух атомным ударником предметы должны непременно обрушаться. И если ему повезёт, его не придавит тяжёлая глыба или не пришибёт вырванный с корнем металл. А лишь засыплет земля да мелкий мусор.