Паут склонился набок и подпёр голову кулаком. Он всё же ошибся. Грей Ваконте, генерал центрального сектора, не знал и не мог знать о стратегических планах правительства. Грей не поверил ему о возможной опасности, о возникновении ситуации 702 — неминуемое вторжение вражеских войск. Зря он только попросил его прийти. Ещё один человек теперь знает о беспокойстве генерала. Почему же военное руководство не даёт ему, генералу западного сектора, дополнительную охрану? Раньше оно не отваживалась попрекать и удовлетворяла любые просьбы генерала, а сейчас — категорически нет. Это ещё больше подтверждает опасения. Паут догадывался — они ведут свою игру. Они всё знают и всё контролируют. А он — опять пешка в их руках… Кто же ими всеми управляет? Неужели никто? Неужели нет гроссмейстера? Неужели у них какой-то общий, единый разум, который раз за разом выплёвывает стратегические решения?.. Это же значит, что они не смогут дать отчёта своим действиям. Может всё пойти несогласованно, могут в какой-то момент развалится их планы, полететь в бездну их хвалённые искусные идеи. Это же огромный риск! Неужели они готовы на него идти?..
Может ли это быть приманкой для Кутлана? Может. Почему бы и нет? Может ли это быть провокацией со стороны Кутлана? Или же провокация со стороны военного руководства?.. Тоже ведь может.
Вражеский агент мог случайно оказаться в Урвальде. Заметил скопление военных, перехватил шифрованные сигналы, вот и решил проведать, разузнать обстановку… Да и необязательно это был агент Кутлана. С мёртвого же не спросишь, кем он был послан? А информация случайно поступившая от удалённого источника могла быть искажена своими же. Руководство могло Пауту подкинуть ложное сообщение, будто бы Кутлан в курсе происходящего и всё знает о проекте Таавиа. Ведь весточка пришла именно два дня назад, от источника, связь с которым Паут предполагал давно потерянным. А что было два дня назад?.. Спор с главнокомандующим об усилении охраны до пяти тысяч человек?.. Да. Именно. В итоге Паут победил в этом споре… Может, главнокомандующий решил усилить подозрения Паута, дав немножко дезы, чтобы потом отсчитать его за необоснованный перерасход средств и обвинить в помешательстве, в излишней подозрительности, в боязни вражеского нападения. Вот тогда ему, Пауту, уже не бывать главнокомандующим… А может, это действительно заговор? Не понятно чей и с какой целью…
Чёрт! Может сам Паут стал слишком подозрительным и мерещится теперь ему всякое. Выспаться бы надо! А не подозревать всех подряд. Следует отогнать эти давящие мысли, успокоиться, подышать чистым воздухом с балкона напоследок и лечь спать.
Грей уже давно ушёл, а он тут всё ещё наедине со своими дурными мыслями, неуменьшающимся чувством надвигающейся опасности. То уверенность в нём пробуждается, что всё верно, правильно — враг собирается атаковать, то сомнения какие-то закрадываются. Да-а… С таким серьёзным проектом не поспишь спокойно. Он мог бы уже передать его кому-нибудь, своим подчинённым, которым доверяет. Однако оставил при себе. Не смог он кому-то доверить это дело… Это очень важный проект. О нём никто не должен знать, кроме узкого круга лиц. Даже те солдаты, что охраняют здание Акрами-Тайста, не знают толком, что охраняют. Знают только, что это совершенно секретно, а большего им не нужно знать.
Так откуда же это беспокойное чувство приближающейся опасности?..
Ему удалось несколько часов вздремнуть перед тем, как его разбудили.
Раздался биппер входящего звонка. Паут непрочухавшись принял звонок. Говорящий был взволнован. Паут сразу узнал голос. Голос принадлежал командиру охраны Акрами-Тайста:
— Генерал Паут, Вы просили докладывать о любых странностях и происшествиях на территории…
— Да! — требовательно отозвался он.
— Вот… Похоже есть одна странность…
Не дав командиру договорить, Паут резко отрезал:
— Через полминуты буду! Ждите.
'Началось…' — успел подумать он, прежде чем начал натягивать свой комбинезон на непослушное, еле подвижное, ещё непробудившееся от дремоты тело.
Глава 7
В то время, когда в Аквауте была густая ночь, а половина планеты Монтевидео мирно спала, на Битурте, в городе Урвальд был ясный, ослепительный день. Альман разогнал над городом все облака и нещадно жарил поверхность планеты и всех его обитателей.
Эринс Растистов Лаславия затемнил окна и продолжил похаживать по лаборатории, мечтательно рисуя в своей фантазии возможное, более вероятное будущее. Он был предвосхищён и ощущал себя на грани величайшего успеха. Вот осталось ещё немного и они с Сифиль и Леонидом будут праздновать научную победу.