Выбрать главу

Антон Викторович от удивления вскинул брови. 'Да… С таким-то случаем ему ещё не приходилось сталкиваться. А ведь феноменально! Откуда только такой иностранец свалился им на голову?'…

— Вы проводили дознание иностранца. Кто он такой? Откуда? И почему так себя повёл? — поинтересовался Антон Викторович у следователя.

— Разумеется, — ответил следователь, а второй поддакивал кивками, типа тоже участвовал при этом. — Первым делом же сделали. Когда привезли его сюда, усадили за стол и начали допрашивать кто он, откуда он? К счастью, я и мой коллега, хорошо владеем английским… Но иностранец оказался молчалив как скотина, очень туманно отвечал на вопросы, и старался уклоняться от ответов, или вообще ничего не говорил и упорно молчал. Короче, не хочет он помогать следствию… Однако мы выяснили кое-что. Назвался он Паутом Воэ. Паут Воэ — хрен разберешь что имя, а что фамилия. А может это кличка вовсе? Он так и не объяснил толком. Сказал, что Паут — это его собственное имя, которое он принял и официально зарегистрировал, когда получил свой первый титул. Мы спросили как это так 'сам принял и зарегистрировал'? И что за титул у него? Он ответил — 'А вот так! Вам всё равно не понять'. Ну и чёрт с ним, может это у них традиция есть такая — назначать себе имена. Откуда нам знать. Он же уругваец! Из солнечной страны Уругвай. Прибыл к нам прямо из Монтевидео. Это — столица Уругвая. Мы, конечно, остолбенели. Никто толком не знал, где такая страна находится. Только Витя как-то подсказал нам, что она должна быть в Южной Америке. Глянули в атлас мира — действительно, прямо под Бразилией есть небольшая страна такая, под названием Уругвай. Тогда спросили его, когда он прибыл к нам и на каком рейсе. Он сказал, что недавно, точнее сегодня, но рейс не назвал. 'Забыл?' спрашиваем — а он молчит. Тогда спросили, кто с ним ещё приехал? Друзья, может быть, родственники? Позвонить кому-нибудь можно? Он долго молчал, но потом всё-таки признался, что приехал один, и что завтра ему нужно будет уезжать. Вот как необычно! Уругваец приехал в Питер с другого конца мира на один день и сразу вдруг уезжать надо… Конечно, мы его предупредили, что с возвращением на родину ему следует повременить, пока не завершится следствие. Он поинтересовался, как скоро оно завершиться? Ну, я и сказал ему, что через три дня в лучшем случае, а может и вся неделя понадобиться. Это же не какое-то мелкое хулиганство. А убийство! Уголовное дело. И надо терпеть. Ждать. Превышение степени самозащиты, даже убийство по неосторожности — здесь уголовно наказуемо, если вы не знали там, в своём далёком Уругвае… Как бы за это не схлопотать большой срок. В лучшем случае депортируют на родину, но и там, может быть, посидеть придётся. Он отчего-то дёрнулся, сказал, что нельзя ему здесь долго оставаться, нельзя сидеть, что его где-то ждут; что нужно ему спешить, торопиться, по важным-бумажным делам… Вот чудак! А ещё он заявлял, что никого не убивал, что, мол, Игорь Даньшин сам себе распорол брюхо. Неправильно замахнулся — с верху вниз, хотел нож в спину уругвайца всадить, да тот успел увернуться из-под ножа — и вместо этого с размаху всадил себе по рукоять в живот прямо по печени. Что ж, очень правдоподобно получается… Записали такие показания.