Так что же остаётся? Верить? Он же не сможет доказать ни про режим маскировки, ни про какое-то поле. Да, чёрт с ним! Порешко решил записывать все его показания — всё равно не убудет. 'Продолжай дальше!'
Он дождался, когда охранник задремлет на посту. Долго ждать не пришлось. Охранник смотрел какой-то скучный фильм и его потянуло в сон. 'Что, прямо-таки почувствовал, что спит? Через дверь, через стену?' — Да! Вот такое вот у него обоняние! Опупеть можно… Паут тем же прочностным полем открыл замок СИЗО и вышел.
— Скрипучая дверь попалась, — пожаловался Паут. — Совсем не следите за состоянием дверей. Пришлось лишь приоткрыть и протиснуться осторожно. Потом тихонько закрыть. Вернуть в такое же положение — на замок.
Затем он пошёл в помещение, где хранились его вещи, чтобы забрать. Кабинет оказался на замке. Пришлось повозиться с дверью немного.
— А откуда знал куда идти? — любопытствовал Николай.
— Пояс давал мне навигацию.
— Каким образом?
— На нём есть пеленгатор.
— Допустим. Потом что?
— Открыл окно и выпрыгнул, — ответил Паут.
— Прямо на асфальт? Ты же мог разбиться?
— Я включил антигравитационное поле и спокойно спустился на землю.
— А откуда ты взял это антигравитационное поле?
— За счёт комбинезона.
— Опять? Какой-то у тебя многофункциональный комбинезон получается.
— Это специальный военный комбинезон, федеральных миротворческих сил — для тактических операций.
Потрясённый такой наглостью, Николай про себя подумал: 'Что за чушь?! Какое антигравитационное поле? Причём тут комбинезон? Почему все свои удачи он списывает на комбинезон?.. Впрочем, ему легче списать всё на то, что сейчас у него нет под рукой. Это он так тонко намекает — мол, принесите, всё докажу, вот одену только и… прощайте товарищи'. Николай усмехнулся: шиш тебе! Но запись на листке вывел: 'Выпрыгнул из окна третьего этажа, используя антигравитационное поле комбинезона'. Кто же эту ересь читать-то будет? Спросил:
— В режиме маскировки спрыгнул?
— Да.
— Как же чёрная куртка, пистолеты, пояс? Они же должны были быть видны.
Он замолчал. То ли он не хотел говорить, то ли он не знал что ответить. А между прочим, это важно. Вся его распрекрасная картина побега рушится. Как-то нелогично получается. Пробел в картине.
— Так, куда же они делись? — настаивал Порешко. — Где вещи?
— Я вам не скажу. Вы их отберёте, как отобрали у меня комбинезон, — заявил он.
— Хорошо. Про вещи — позже поговорим. Когда это всё произошло, в каком часу?
— В 4 часа 23 минуты ночи, — сказал Паут.
— Откуда такая точность? У тебя же не было часов? Или в мобильник глянул? — а там сбитое время.
— Внутренний хронометр.
— Это как? — поинтересовался Николай.
— Вы не поймёте…
— Ладно, продолжай.
— Что продолжать?
— Куда побежал дальше?
— Никуда. Я по улицам ходил в режиме маскировки.
Николай напрягся: как это, всё время ходил и его никто не заметил? Врёт же гад и не потеет…
— Хорошо. Зачем в общежитие пошёл к девушке в… 411 комнату?
Паут Воэ внимательно посмотрел на следователя, пытаясь понять зачем он допытывается до него. Зачем это всё?
— Вы говорили, что если я расскажу как сбежал — вы отпустите меня, — сказал Паут. — Я рассказал. Зачем же больше? Если вас интересуют детали, я готов…
— Нас не интересуют детали… — прервал его следователь. — Пока… Так зачем пошёл к девушке?
— Это не имеет отношения к моему побегу. Вы меня не отпустите? Вы солгали мне?