И эта дверь ведёт в небольшое помещение прихожей или маленького холла, фиг поймёшь как правильно его называть, где в уголке за невысокой стеклянной перегородкой сидит охранник, и который наверняка сейчас смотрит футбол или фильм по своему мини-телевизору, развалившись за стойкой вахты. А за помещением ещё одно малюсенькое помещение, исполняющее роль тамбура, а далее двор, через арку которого можно выйти на оживлённую улицу прямо к автобусной остановке.
Вот именно туда я направлялся.
По пути я застёгивал молнию и дополнительные пуговицы своей куртки, напяливал на коротко подстриженную голову шапку. Готовился выйти в затянутый сверху тучами серый двор и двинуться в постоянно обдуваемую ветром и моросью арку здания. В ней почему-то постояно дует ветер, даже в штиль.
Я быстрыми шагами подошёл к двери и дёрнул за ручку. Дверь с какой-то странной неохотой 'отдалась' мне. Это меня не смутило. Лишь промелькнула мимолётная мысля, что рабочие, которые занимаются ремонтом в этом коридоре, что-то сделали с дверью — либо щели рамы закрасили, что теперь полотно двери слиплось и неохотно поддаётся, либо сдвинули дверное полотно и оно плотнее прижалось к раме. И не придавая этому какое-либо значение, я сразу же погрузился в свои мысли. А точнее, из них я не выгружался. Всё это время двигался на автопилоте.
А думать, мне было над чем…
Она… Опять она не выходила у меня из головы. 'Как же она могла меня так предать?' — думал я.
Я не мог забыть её лица, её улыбки, её необычайного спокойствия и радушия… Это было давно. Уже более месяца прошло с тех пор, как я в последний раз её видел. Но я не могу её просто взять и забыть. Как-то всё не серьёзно и неприятно получилось… глупое расставание…
Я шёл по прихожей. Она, как и коридор была мрачно освещена. 'Охранник, что ли, решил сэкономить на электричестве?' — промелькнула мысль и тут же я вернулся к прежним воспоминаниям.
'Ну, как же так! — не унимали мысли. — Ведь всё так благоприятно складывалось. И чувства были открыты друг для друга. И зима оказалась не столь сурова, чтобы чему-то препятствовать. Хотя погода не помеха ни для кого!..'
Мне всегда казалось, что чувства, если они открыты и их можно прочесть — это залог дальнейшего успеха для влюблённых сердец. Я не прятал от неё чувства, не утаивал секреты и не пытался скомпрометировать отношения другой красоткой, как часто со мной случалось в молодости. Я берёг любовь. Хранил нежно. Во мне проснулось нечто…
Позади я услышал, как приподнялся охранник. Как-то странно он встал со стула. Резко. Словно от неожиданности. 'Что его так побеспокоило? Наверное, удивлен, почему это я решил выйти через двор. Мало ведь кто сюда захаживает. Можно сказать, никто не ходит, — усмехнулся я внутренне. — Или Плейбой рассматривал, а я тут раз — и иду, как ни в чём не бывало. Не дрейфь, чувак! Я даже не взглянул на тебя. Я просто иду по пути, который ближе всего к моей остановке. Странно, что он как обычно не смотрит свой мини-телик — ни звука, ни еле слышимого треска вещания'.
Возле двери в тамбур стоит вертушка, через которую проходят посетители офисов здания. Сотрудники подносят к краю вертушки магнитный пропуск и, пропищав, а следом щёлкнув затвором, вертушка пропускает посетителей. Стандартное средство прохода во многих компаниях, офисах.
Но этой вертушки передо мной не оказалось.
'Её нет?! — негодующе спросил я себя, мысленно удивляясь. — Где она?'
Не было самой двери в тамбур. Была серая стена с непонятным узором, напоминающая абстрактный, ничем не выраженный, набор прямых линий и прямоугольников.
Я замер. Остановился в нерешительности. Хотя машинально достал магнитный пропуск из своего кармана и даже вытянул руку вперёд. Мои мысли, не удовлетворившись, отошли с фона и я увидел действительность. Это было очень странно. Здесь всё было другим.
Промелькнула мысль, что я просто пошёл не той дорогой. Что я ошибся направлением и забрёл чёрти-куда…
'Да, блин, той! — утвердительно отметил я, — прекрасно помню тот мрачный коридор, который я быстрыми шагами протопал за несколько секунд, и произошло это практически только что. И дверь помню. Открыл дверь и закрыл за собой. Старая, чуть ли не советская, белая дверь, с которой уже начала осыпаться краска'. А тут… стена! Вот те раз! Где же тамбур? Что бы это значило?