А вот и сам пень! Свежеспиленный. Почему-то мне всегда хотелось увидеть этот пень таким. Вот и суетливая мошкара носиться, надоедливые навозные мухи кружатся возле пня, ползёт гусеница. Слышен рёв далёких тракторов. Солнце жарит невыносимо.
Погодите… Какое солнце? Какие мухи? Где это я? Что случилось?
По мне пронеслась дрожь. Я огляделся по сторонам. Привидевшие воспоминания не собирались улетучиваться и сознание меня не собиралось выкидывать в реальность. Я вдруг заметил, что давно стою напротив пня на дикой лесной опушке, а солнце пробиваясь сквозь листву обжигает шею. Я отпугнул надоедливых мух от себя и ошарашено посмотрел на скошенные луга. Стога сена стояли на месте и исчезать не собирались.
Кожу совсем неприятно щекотали мурашки. Я не мог понять, каким образом, мимолётно провалившись во воспоминания детства и находясь при этом в плену кутланцев, я вдруг оказался на природе. И где все? Где Паут Воэ, Альберто Торрис, президент Кутлана, Сиф, Эри и все остальные? Куда они… пропали? Только что были рядом со мной… Или это какая-то дерзкая уловка кутланцев — воздействие на сознание или телепорт? Как им удалось меня телепортировать? Ведь это же явно Земля! Родня Земля, родные места.
Или сон? Мог же я заснуть…
Я прошёлся… Нет. Всё в порядке. Я ощущаю землю. Прикасаясь к крапиве — та бесщадно жалит. Это реальность. Несомненно.
Всё-таки как я здесь очутился?
Я заметил вдали голые спины мужиков — широко размахиваясь, они орудовали косами в поле. Их было несколько человек. Косили слаженно, прям как по команде, чётко выдерживая дистанцию.
Я решил узнать подробности у людей и направился прямиком к ним, любопытным взором осматривая стога и переступая свешескошанные борозды травы.
'Уголовное дело?2393, 1979 г.
Отделение милиции Волховского района.
Старший дознаватель. Поликарп Иванович Рузанцев'
'Протокол допроса свидетеля.
29 июля одна тысяча девятьсот семьдесят девятого года, деревня Воскресенское Ленинградской области.
Я, Поликарп Иванович Рузанцев, старший дознаватель отделения милиции Волховского района на основании ст. 65 Уголовного кодекса РСФСР о шпионаже в порядке обеспечения доказательств допросил свидетеля товарища Евгения Борисовича Козаринского, почётного труженика Воскресенского колхоза и члена Хваловского сельсовета, проживающего по адресу: д. Воскресенское, ул…
Тов. Евгений Борисович Козаринский предупрежден мною об ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказа от дачи показаний по ст. 182 Уголовного кодекса РСФСР, в подтверждение чего он поставил здесь свою подпись (фамилия, имя, отчество свидетеля и подпись).
По существу поставленных вопросов тов. Евгений Борисович Козаринский дал следующие показания:
При выполнении полевых работ по сбору сена для кормовых нужд на зимний период, к работникам Воскресенского колхоза в сей день подошёл незнакомый молодой человек, который начал активно интересоваться обстановкой на территории. Вопросы он задавал в странной манере и вызывал всеобщее подозрение о своем психологическом расстройстве. Он интересовался где он находится и как можно добраться до 'Питера'. Завидев, что его не поняли, уточнил — до Санкт-Петербурга. Ему объяснили, что такого города не существует, что так раньше назывался Ленинград во времена царской России. Он начал живо интересоваться сегодняшней датой. Ему назвали текущую дату. Он уточнил вопрос: какой год. Завидев изумлёние работников, я не удержался и подошёл к нему. Начал спрашивать откуда тот взялся, и из какого колхоза прибыл. Незнакомец объяснился, что он Ленинградец, и появился здесь вопротиву своей воли.
Меня сразу насторожило как был одет незнакомец. Одежда на нём не была похожа ни на рабочую одежду труженика, ни на летнюю деревенскую, тем более городскую. На нём была лёгкая ветровка, под которой виднелась футболка с пёстрыми, яркими цветами и рисунками высоких зданий, напоминающая одежду, в которых ходят зарубежные буржуазные элементы. Также на одежде были различимы некоторые надписи на латинице.
В начале я принял его за контрабандиста. Но поразмыслив, понял, что контрабандисты на реке Сясь не могут оказаться. Я старался выяснить намерения странного типа. Он сообщил, что его насильно забросили сюда. Это меня встревожило. Я начал интересоваться, кто его забросил и с какой целью. Он то ли в шутку, то ли всерьёз рассказал о телепортации его из другой далёкой страны в родную отцовскую деревню, причём в советское прошлое — отметил он.