— Так если бы на мою жену набросилось пятеро насильников, ты думаешь, я бы в сторонке спокойно стоял, покуривал и наблюдал как любимую по земле катают?! Так я бы… табельным оружием… каждого бы… не раздумывая!! — он замахнулся кулаком и ударил по бумагам.
— Но-но!.. Дай сюда, — он выхватил исписанные листки из рук коллеги. — Порвёшь ещё…
Он сложил листки аккуратной стопкой и засунул в папку, лежащую на подоконнике. Спросил:
— Ты француза проверял?..И почему он именно 'француз'? Почему не 'палестинец', например?
— А-то спрашиваешь! Конечно проверял, — шумно отозвался собеседник. — У меня все его данные записаны… Я в дереню к деду Фроволу заежал года два назад. Он у него примостился жить… Кто-то слух пустил, мол, объявился в Копаново незванный, без документов… Я, как участковый, должен был проверить слух… Да, всё в порядке! Я те отвечаю! Он паспорт разворачивал свой, в руки мне давал. Я с него все данные переписал. Формуляр заполнил как положенно. Коли хочешь, щас принесу, он у меня в кабинете лежит… 'Евгений Александрович Романов' его зовут. Родился в Питере, там же прописан. Это я всё разом запонил. Парень — отличный! Весёлый, жизнерадостный, компанейский! Ох, какие он травил весёлые анекдоты! Да мы с ним скорешились! Ей Богу… Он всё рассказал о себе, про родителей, про свои увлечения, про то как поступал в политех, но провалился на вступительных. Я-то спрашиваю его — чё ж ты в деревню рванул из большого города, а сам подумываю, наверняка щас ответит, да вот от армии типа кошу… Ан-нет! В армии он уже побывал, отслужил положенный срок погранцом на Нарве. Военный билет демонстрировал. Всё почестному! Представляешь, мы даже общего закомого в военной части, где он служил, обнаружили. А сюда приехал, отдохнуть, развеяться — с работой и жильём у него туговато в Питере, чё-то не склеилось. Да и с родителями он поссорился. Вот и рванул в деревню. Что ещё оставалось? А здесь себе место нашёл — призвание. Сейчас плотником подрабатывает, избы чинит. Я у себя потом проверил на всякий случай — по базе пробил. Чист он! Всё нормально. Закон не нарушал, от кредиторов не прячется, алименты на нём не висят… Французом называют? — Так это легко объясняется. Он французский хорошо знает! Одно время бывал даже во Франции, отдыхал то ли там каникулы, али родственников навещал… А никто ж в деревне французского не знает кроме него — вот и прозвали французом, раз такой образованный. Кличка так и прилипла к нему. Женя или Жан — это ж почти одно и то же…
— Тогда понятно… — усмехнулся Фёдоров, — почему француз… А я-то слышу эту кличку, и никак понять не могу, реальный француз в деревне объявился или шутят так?..
Он стряхнул пепел на раму и продолжил:
— Врёт, конечно, этот балабон несчастный. Никто в него не стрелял. И не мог стрелять. Где рана-то? Покажи мне её?! Как француз тебе мог прострелить ногу, если все ноги чистые?.. А он мне заявляет: да Богом клянусь, ещё недавно кровь хлестала! Он видел своими глазами как штаны промокли и отяжелели, как руки все были в крови, и, мол, свидетели были — его подельники. Подтвердить смогут. И удивляется — а вы что их ещё не допросили разве?.. И сам бледнеет, понимая, что нет… Да поздно уже! Выдал он своих подельников…