— Вот же придурок! — согласился с ним участковый.
Они рассмеялись.
— Одно только никак не срастается у меня, — заметил Фёдоров. — Зачем этот мудак попёрся в больницу, если раны у него никакой не было? Зачем так 'палиться'? Это ж надо каким быть идиотом, чтобы заявлять в больницу о тяжёлом пулевом ранении, будить знакомого, чтобы подвёз, нестись туда как угорелый и неожиданно для себя и для всех остальных обнаружить — что никакой раны нет, а нога продолжает при этом стонать?..
— Какая-то несуразица, — согласился участковый и предположил: — Может, ему привидилось? Галюционации возникли?
— Это ж какие должны быть глюки, чтобы взаправду поверить?! — поинтересовался Фёдоров. — Нет. Что-то здесь не чисто… На место уже выехал следователь Мишин, — сообщил он. — Надо бы тоже взглянуть. У тебя машина здесь?
Участковый кивнул.
— Ну, давай прокатимся на твоём Уазике, что ли…
Они сели в машину и поехали, поднимая за собой тяжёлый шлейф пыли.
Деревня Копаново находилась неприятно далеко — в тридцати с лишним километрах от центра Шиловского района, да по плохой грунтовой дороге, которая частенько размывается после дождей. К счастью дождей неделю как не было. Однако всю неделю жарит солнце — потому дорога ужасно пыльная — форточки не отрыть, пыль сразу лезет в щели и дышать невозможно.
Фёдоров уже был расстроен тем, что взялся за это 'пыльное' дело и решился отправиться на место происшествия. Участковый же давил на газ и подпрыгивал на ухабах и рытвинах. Вот же злостный гонщик! А ещё образцовый участковый деревни Копаново.
Вскоре они въехали в деревню и сразу же увидели машину следователя возле заброшенных гаражей. Не дожидаясь полной остановки, Фёдоров снял ремень и вывалился из кабины, радостный, что, наконец-то, закончилось эта трясучка.
Он сходу начал опрашивать Мишина, как дела, и что ему удалось 'откапать'. Мишин показал место преступления, где всё произошло: вон, кровь засохшая, капли на камнях, вот ремень рваный валяется, вон нож в траве лежит, вот тряпка грязная, похоже, что этим затыкали рот девушке, вот следы на воротах, и вправду один человек на крыше оказался — есть следы от ногтей на рубероиде, и рваные куски ткани на гвозде остались… А вот лужи крови, про которую говорил 'ранненый', нигде не видно. Не видно также гильзы и отверстия от пули в земле — раз ногу прострелили насквозь. Что не удивительно, — отметил Фёдоров. Он потребовал участкового опросить ближайшие дома — найти возможных свидетелей, узнать, что видели, слышали, что бы всё подробно рассказали и вернуться с результатами. Участковый решительно ринулся к ближайшим хатам.
Фёдоров стал внимательно остатривать место, выслушивая дополнительные коментарии следователя. Достал фотоаппарат и начал фиксировать все детали произошедшего и подозрительные предметы, попадавшие в поле зрения — всё что можно будет пришить к делу. Его смущало то, что никому неизвестно имя девушки-жертвы. Балабол её совершенно не знает, и говорит, что раньше не видел в деревне. Значит, только француз может прояснить ситуацию — кто же она такая…
Неожиданно в траве, рядом с тропинкой, уводящей от гаражей к главной дороге, где стоял Уазик, он заметил тёмный отпечаток. Пригляделся. Странный отпечаток. Свежий отпечаток, надо отметить. Отпечаток от ботинка сорокового или сорок первого размера и, достаточно глубокий, вдавленный. Земля рядом была твёрдой. Это ж сколько надо усилий, чтобы подавить такой след в земле — примерил он на глаз и не смог себе этого представить. Потом посмотрел в сторону, где валялся рваный ремень. Метров пять… или чуть больше. Так… Что же получается? Это отпечаток ботинка француза, который с разбегу набросилься на Шрама?.. Етить твою мать так за ногу! Не может такого быть!! Он же получается с невероятной силой отокнулся от земли — раз продовил такой глубокий след в земле, пролетел несколько метров и снёс Шрама ещё на десять метров вперёд, забросив того на крышу!
Фёдоров отказывался верить в такой сценарий, хотя все улики указывали на это. Не может человек так отолкнуться и отбросить того жирного ублюдка Шрама — да он же лично видел какой он из себя. Физически такое сотворить невозможно!
Лейтенант начал мучительно биться в разрешении данной загадки. Подозвал к себе следователя. Начали спорить и каждый стал приводить свои аргументы. В это время подошёл участковый. Сообщил, что многие ближайшие жители слышали крики, прямо-таки громкие, словно кого-то резали, причём не женские, а определённо мужские. Жители перепугались до смерти — думали кого-то убивают. Боялись выйти посмотреть. Когда решились выйти — никого не увидели, ни живых, ни мёртвых. Успокоились… Выстрелов никто, конечно же, не слышал.