После того как участковый закончил, Фёдоров с нескрываемым любопытством обратился к нему:
— Так где живёт этот француз говоришь?..
Глава 6
После парной баньки Лена отправилась в избу собирать шмотки, вещи, сматывать шнуры к ноутбуку, паковать походную сумку. Женя сказал, что им предстоит как можно скорее покинуть деревню. Его желание совпадало с желанием девушки. Оставаться в деревне, где её пытались износиловать, а то и убить, разумеется, не хотелось. Поэтому предложение убраться 'по живу — по здорову' было кстати и своевременно.
Шмоток да вещей было не много — поэтому Лена собралась скоро. Когда Женя вернулся с лёгким паром, они отправились на кухню, где их ждал, клубясь ароматным паром, завтрак.
Бабшука очень сочувствовала Ленке и пробовала её утешить. Приговаривала: 'Это ж надо так, второй раз на речке в беду угодить! Леночка, ты не ходи больше на реку. Коварна она к тебе… Ревнует, знать'. И без бабушкиного совета Лена не собиралась там появляться ни ногой.
Сразу после завтрака они отправились во двор деда Фролова, Женя хотел закончить последние дела.
Инокентий Фролов, старичок акуратьненький, тихий и, разумеется, любящий чистоту, но то что увидела Лена, зайдя в избу, она не могла соотнести с бытом 78-летнего старика. Дом сверкал чистотой! Благоухал уютом, пах доброй мебелью и пестрел развешанными по всем стенам картинами и различными ручнымы поделками, гармонично сочетающиеся с интерьером. По полу растянуты мягкие ковры, потолок отделан навесными полузеркальными плиточками, равномерно рассеивающие солнечные блики по избе, насыщая все помещения тёплым светом. Печка отделана кафелем, подогнана под широкий камин. Просто удивительно, как Женя быстро навёл тут порядок! Осознать невозможно, что ты сейчас находишь именно в деревенской избе, а не в гостях, к примеру, у эстрадной звезды.
Сам Инокентий сидел за столом и любопытным взором посматривал на гостью. Не приходилось ему за три года заметить у Жени начилие девушки. Он никого не приводил в избу… А тут — привёл. Инокентий спохватился и бойко начал приветствовать гостью, приглашать к столу, отведать отличного салата, собственного производста. Дед Фролов не выглядел таким дряхлым и ленивым, каким себе представляла Лена и каким он, собственно, был лет пять тому назад. Он даже помолодел во взгляде, стал заметно подвижен, разговорчив и внимателен, услужлив, странным образом разгладились страшные морщины на руках; правда остались как и прежде седые редкие волосы и впалые глазницы, и никуда не пропала старческая хрипота в голосе от прокуренных лет.
Он был в курсе, что на Ленку этой ночью покушались, не удивлялся её вздутой нижней губе и кровянных подтёках на теле, и сразу завёл разговор о нынешней молодёжи — до чего же разболовано поколение: ни культуры, ни стремленей — один хлам в голове сидит, — попрекал он молодых преступников… Стало быть, Женя успел сообщить старику новость в подробностях.
Француз оставил их наедине — Лене пришлось согласиться на чай, который любезно разлил Инокентий, — а сам пошёл в комнату, видимо, собирать свои пожитки. Вернулся он, почему-то, с пустыми руками, правда переодетый в свежий костюм, и сообщил старику, что настало его время возвращаться 'домой'. Не понятно, что он подразумевал под словом 'дом', но старик сразу понял его, и сразу загрустнел. 'Да-а' — выдохнул он хриплым, надсадным голосом. Дед Фролов всё понимал. Вполне может быть, он тоже был осведомлён и знал тайну Жени Романова, известного также в своём времени как Жана Ромона. На объяснения старику у француза было гораздо больше времени, чем сейчас он может уделить Лене. И он как никто другой понимал всю сложность ситуации, запутанность истории, и необычные способности Жени его нисколько не смущали. За три года, что у него живёт француз, он привык ко всему и был подготовлен к любым неожиданостям, поэтому следующую странную фразу Жени он воспринял спокойно и понимающе покачивал головой:
— Минут через тридцать сюда явяться три милиционера из районного отделения, будут спрашивать меня. Сообщи им, что я не менее часа назад уехал в Шилово, в отделение милиции, подавать заявление на возбуждение уголовного дела об износиловании и давать свидетельские показания. Отвёз с собой пострадавшую. Если будут спрашивать, знешь ли кто такая пострадавшая? — не отвечай, скажи, что не знаешь и в лицо не видел.
Дед Фролов, ответил великодушно: 'не беспокойся'.