Кристина не побежала к замку, она стояла на берегу дрожа и смотрела вслед уплывающей лодке. Ее ноги стали ватными, точно пустили корни.
Его голос прозвучал так твердо и притязательно, разбивая тишину, в которой девушка искала покой:
— За нами вернутся через два дня.
— Когда все будет кончено и хвосты подчищены, — договорила Кристина.
— Пройдите в дом, леди, — настаивал мужчина. — Для Ирландии вы слишком легко одеты. Дрожите как осиновый лист. В комнате вас ожидают теплые вещи и ужин.
— Прекрасно, — только и произнесла она.
Кристина сняла туфли и босиком пошагала по ледяной поверхности, так как высокие каблуки проваливались в вязкий грунт. Она ускорила темп, потому что ступни обжигало ледяными щупальцами при соприкосновении с поверхностью. Еще на катере Кристина почувствовала, что озноб пробирает до самых костей, овладевает всем ее телом и отнимает контроль над движениями. Она вбежала в дом и, заметив в гостиной зажженный камин, прямиком направилась к огню. Ей действительно необходимо было согреться, чтобы не заболеть. Глаза ее жадно выхватили стоящую на столике в углу бутылку виски. Руки непроизвольно потянулись к спиртному, заставляя тело двигаться. Кристина поднесла горлышко к губам и влила обжигающую жидкость в рот. Она сделала несколько больших глотков, ощущая то, ни с чем не сравнимое, долгожданное тепло, разливающееся по телу; более плавными движениями, создавая впечатление полета, вернулась к камину. В руках Кристина по-прежнему сжимала бутылку, как нечто ценное для нее. Именно алкоголь в момент отчаянного озноба возвращал здравый смысл и остановил дрожь. Поэтому для закрепления результата девушка отхлебнула несколько раз саднящую горло жидкость прямо из бутылки и безвольно опустила руку с адским пойлом вниз.
Вошедший вслед за дамой мужчина остановился в дверном проеме и неприлично зачарованно наблюдал за Кристиной. Ему определенно нравились линии ее тела, уверенные движения и точная последовательность ее действий. Его трогало даже то, как она облизывала губы после каждого глотка виски. Религия запрещала ему употреблять алкоголь, но картинка перед его затуманенными взором, сводила с ума. Потенциал и ум Кристины были им оценены еще задолго до их встречи. Но сейчас, увидев ее воочию, ощутив запах ее кожи в самолете, сжимая ее ладонь в своих руках во время прохода через таможню и чувствуя, как электрический разряд пронзает все его тело, он был покорен ею полностью. И произошло это всего лишь за несколько часов их знакомства, так быстро, что мужчина не успел понять, почему он не в силах оторвать свой взгляд от объекта, доверенного ему. Кажется, он был готов смотреть в ее большие зеленые глаза до самой старости. Неужели так бывает в жизни? Ведь еще сутки назад разум и его сердце были свободны. Да, внутри горел интерес и желание узнать Кристину, но сегодня вдруг что-то изменилось с ее появлением в его жизни.
Кристина выглядела по-детски раскованной, с румянцем на щеках после семи глотков виски. Руки больше не дрожали, ноги уверенно стояли. Взгляд ее скользнул в сторону наблюдающего в дверном проеме человека, но тут же сместился на плотный крупной вязки свитер бежевого цвета, который она собиралась надеть.
— Не могли бы вы… — не смотря на подпирающего проем парня, попросила она. Кристина не договорила, но указала рукой, что ему следует сделать.
— Конечно, — согласился мужчина и отвернулся.
Его вдруг посетила мысль, прежде не тяготившая бурное сознание. Он отчетливо представил вверенный ему объект в белоснежном нижнем белье, отчего сам похолодел; и, резко повернувшись в сторону Кристины, злясь на самого себя за столь откровенное желание обладать ее телом, подошел прямо к девушке и выхватил из ее рук бутылку виски. Он, не отрывая взгляда, смотрел ей прямо в глаза. Тонул в них. Сдавался. Что-то внутри жгло сильнее предрассудков и религиозных предписаний. От ужаса, что не имеет ни возможности, ни сил держаться от девушки-объекта на расстоянии, сделал два больших глотка прямо из горловины, скорчил перекошенную физиономию и зашагал прочь. Скорее от себя и собственных желаний. Если он не обуздает свои порывы, то план полетит к чертям, будет огромный скандал. И его падение в глазах партнеров.
Не так легко оказалось погасить в себе ядерную смесь от непрошенной ярости и необузданного животного желания целовать каждый сантиметр кожи Кристины, впиться губами в ее пухлые губы.
Когда мужчина вернулся, Кристина уже сидела за столом, укутавшись в теплый свитер с капюшоном, на ногах ее были надеты вязаные носки и флисовые штаны.
— Как я могу к вам обращаться? — поинтересовалась Кристина, нарочно очаровательно улыбаясь.