— Ты можешь звать меня Муссолини, — расхохотался тот.
— Ну, раз тебе все равно, то я сама выберу тебе имя, — скривила лицо Кристина в ехидной улыбке. Были во внешности этого мужчине прямые доказательства его принадлежности к мусульманскому миру: темные брови, длинные черные ресницы, украшающие ярко-карие выразительные глаза, золотистая кожа и неизменный восточный шарм. — Итак, на время моего заточения именую тебя Али.
— Нет, дорогая, так не пойдет, — воспротивился мужчина, уловив в ее речи насмешку над великим пророком Мухаммедом, и сделал еще один глоток виски. Опять нарушение важного правила, но ранее выпитый алкоголь слегка ослабил вину. — Амир.
— Не уверена, что это твое настоящее имя, — устало заметила Кристина, накалывая листья салата на вилку. — Но так сойдет. Если уж на два дня мы тут заперты, то будем веселиться. Надеюсь, в этом доме найдется еще бутылка.
— Я не развлекать тебя сюда привез.
Мужчина сел за стол напротив объекта и исподлобья посмотрел на очаровательное создание.
— Да-а-а? — потянула Кристина вопрос. — Молчать собрался? Или просто тенью будешь ходить по старинному замку?
— В тебе говорит алкоголь, — заметил он, указывая в ее сторону вилкой. — Завтра вновь появится прагматичная Кристина с неиссякаемой авторитарной уверенностью в том, что она не нуждается в людях и заботе о ней.
— Значит, так зафиксировано в досье обо мне? — Он ничего не ответил. — Может, есть что-то, что обо мне не известно? Например, детство у нее было безоблачным, но неблагодарный ребенок не оценил то, что имел. Или вот, послушай: «Мужчины для нее ничего не значат, потому что все до единого напоминают ей отца». Парадокс, правда?
Кристина вышла из-за стола, испортив себе напоминанием об отце настроение, но, запнувшись о ножку стула, шлепнулась на пол всем телом. Падение отрезвляюще подействовало на нее, по крайней мере вернуло здравый смысл. В необузданном желании согреться она руководствовалась только одним чувством — не заболеть, но отчего-то напрочь забыла, что алкоголь способен лишать разума, позволит ей нести чушь, вроде той, которую она только что выдала. Она безрадостно подняла глаза на человека перед собой, который должен был помочь ей подняться, если он был джентльменом, но тот не двинул ни единым мускулом. Кристина робко опустила глаза и, опираясь на руки, медленно поднялась на ноги. Ватное тело плохо слушалось ее, шатая из стороны в сторону, пока не нашло ближайшее подходящее место, чтобы раствориться в спокойствии и восстановиться. С закрытыми глазами Кристина нащупала плед и небрежно накинула его на ноги. И минуты не прошло, как провалилась в забытье.
Дождавшись, когда объект погрузится в глубокий сон, молодой человек накрыл свернувшееся в комок тело Кристины вторым одеялом. Он бросил небрежный взгляд на ее спокойное лицо и покачал головой. Силой воли мужчина отошел от спящей девушки и присел возле огня, еще долго наблюдая за его искорками.
— Это будут сложные два дня, — проговорил он в пустоту, выдувая остатки желания наблюдать за Кристиной.
Глава 2. Особенное место
Первый день действительно выдался сложным для строптивой девушки, не принимающей жизнь взаперти, и вольнолюбивого мужчины, выполняющего задание, к исходу которого, как оказалось, он был не готов. Они провели в молчании утренние часы. Кристина ходила из угла в угол, стояла у камина, выбегала на улицу, читала книгу и смотрела в окно пустым взглядом. Никогда прежде утро не казалось ей таким долгим и напряженным. Эти четыре стены, выкрашенные в разные оттенки зеленого цвета, полностью взрывали ее мозг. И лишь чуть погодя в голове у Кристины появилась идея, способствующая развитию в ней таланта самосовершенствоваться. Она взяла со стола большую тарелку и ложку, многозначительно посмотрела на второго заключенного в этом замке, спокойно читающего книгу, и вышла на улицу.
Ветер ударил в лицо прямо с порога — такой колючий и беспощадный, словно специально загонял ее обратно в дом к молчаливому соседу. Кристина откинула слегка спутавшиеся темные длинные волосы, ощущая колкость на лице от кристалликов льда, падающих с неба. Она выпрямилась в полный рост и задрала голову вверх, вдыхая смесь зыбкого запаха ила и морозной свежести. Щеки тут же покрылись румянцем, а глаза — заблестели. Что это за погода зимой? То ли снег, то ли лед падает с неба. Действительно, ей казался странным такой перепад температур и погодных явлений. Ведь она выходила час назад на улицу, подмечая, что наконец солнце осветило Ирландию. И вот теперь срывается настоящая зима. Наверное, еще через час настанет лето или закружит метель. Эта мысль ее позабавила, точно маленькое дитя. И где-то в подсознании проснулись давно забытые воспоминания о России, сибирских просторах и широченных полях, где когда-то Кристина с родителями беззаботно каталась с горок на ледянке и была неповторимо счастлива. С тех пор минуло столько лет, что, кажется, будто это не было прошлым Кристины — какой-то незнакомой ей девочки, которая безоговорочно доверяла отцу и улыбалась матери. С усмешкой на лице Кристина зачерпнула ложкой песок и наполнила им блюдо до краев. Она и не заметила, как тарелка оказалась полной, думая о тех днях, о которых она редко вспоминала и которые похоронила, исчезнув из жизни родителей однажды.