Вдруг огненно-рыжая голова его избранницы заметалась по подушке и девушка села в кровати тяжело дыша.
– Что такое, любовь моя? – спросил Стивен, стараясь не отвлекаться на высоко вздымающуюся обнажённую грудь.
– Мне приснился кошмар.
Её голос был полон ужаса и, повернувшись к Стивену она продолжила, дрожа всем телом:
– Я вышла замуж за какого-то бесчувственного чурбана и жила с ним всю жизнь… И была я вовсе не Эрикой.
– А кем же, милая?! – выдохнул Стивен, пальцами стирая солёные слёзы любимой.
– Марин…»
Марин обдало жаром, она всё перечитывала и перечитывала последнюю строчку.
«Марин… Марин…»
– Марин!
Девушка вздрогнула и подпрыгнула на диване, на котором уснула с книгой в руках.
– Марин, дорогая, через час нам нужно быть у Барнсов.
Джон наклонился и, подобрав книгу, которая упала на пол, брезгливо скривился:
– Боже правый, что за похабщину ты читаешь…
Лицо девушки вспыхнуло, но не от смущения, а от праведного гнева. Она выхватила тонкую книжонку и начала изо всех сил колотить ей обалдевшего дипломата.
– Ах ты, эгоистичный, бесчувственный сухарь! – отчеканивала она с каждым ударом.
Вылив на мужа всё, что накипело за всё это время, она наконец осмелилась снять с себя розовые очки. Джон был таким бревном, что даже помешательство жены не могло выбить его из колеи.
– Иди собирайся, тебе ещё Барнсам про наш развод рассказывать, – презрительно бросила Марин в его сторону и вышла за дверь, без сожаления оставив свой идеал в прошлом.
Конец