Он мог бы выспаться в квартире, а не тащиться за тридевять земель на ночь глядя, но оставил ключи в машине. И в его оплоте разума случались сбои. Однако нет худа без добра. Кира не откажет ему в потребности снять накопленное ниже пояса напряжение. Тёплая сонная женщина обладала своеобразным гипнотическим шармом. Если бы не выпитое спиртное, они могли бы зачать этой ночью ребёнка. Но и тема с побережьем неплохой вариант для ничем не стеснённого секса.
– Я вызываю такси, – сообщил он остальным.
– Ночуй здесь, – Эл кивнул на диван.
– Спасибо дружище, я буду ворочаться до утра, не сомкнув глаз. Всегда тяжело засыпал в гостях. Дом, милый дом.
– Твоя сентиментальность умилительна. Не ожидал от тебя. Пол, Джордж? Вы остаётесь?
– Нила обещала дождаться меня, во сколько бы я ни вернулся, – отчитался Антон. – Я поеду к ней. Её выпуклости мне ближе, чем твои, Эл. Надеюсь, ты это переживёшь.
– Какая неловкая шутка. Я не собирался спать с тобой на одной кровати, крендель ты этакий!
Пол протёр линзы очков салфеткой. Дома его никто не ждал. Ни подружки, ни домашних животных. И это при наличии тысяч поклонников, среди которых нашлось бы немало симпатичных одиноких барышень.
«Поклонников твоей писанины, но не тебя, – поправил он сам себя. – Не строй воздушных замков».
Настроение горькая мысль не испортила. Он твёрдо вознамерился обзавестись подругой до конца лета.
– Я проветрюсь, – сказал писатель. – Дойду до дома пешком. В одиннадцать вечера гулять по городским улицам ещё относительно безопасно. Вспомню быстро минувшую, как любовь моей неверной жены, молодость, Не одолжишь мне наушники?
– Значит, намылились по домам, – резюмировал Эл. – А мусор кто будет убирать?
– Точно не победитель турнира, – нашёлся Пол с ответом. – До следующего состязания я на привилегированном положении.
Хозяин лофта проводил троих мужчин до прихожей. Вадим и Антон натянули кроссовки. Роман залез в летние туфли, Эл передал ему беспроводные наушники. Все пожали руки и обнялись.
– Мальчишник будь здоров, Эл. Спасибо за организацию. – Вадим нисколько не лукавил. Вечер полностью оправдал ожидания. – Кире про стриптиз ни слова, само собой!
– Скоро у Лиз начнёт округляться живот, я перевезу её к себе. Твой мальчишник – это панихида и по моим ралли с препятствиями, если вы понимаете. Я тут недавно подсчитал, сколько потратил на презервативы, и прослезился.
– Взамен ты получал удовольствие, – напомнил Вадим.
– После которого бежал за новой порцией, чтобы забить пустоту внутри себя. Себе я объяснял это иначе, конечно.
– Весь мир помешан на удовольствии. Не кори себя. Жду вас с Лизой на своей свадьбе.
– Мы придём.
– Всех жду. Попробуйте не прийти! Ты один будешь без подружки, Ромео.
– За шесть дней я её не найду. Не приводить же на свадьбу друга кого попало.
Эл открыл дверь. Четверых мужчин обдуло прохладным вечерним воздухом, надутым через распахнутые окна.
– Передавай Кире привет, – сказал он. – Подарок запечатан в конверт. Наш писатель сочинил на удивление оригинальные поздравления.
– Но-но! – в шутку возмутился Роман.
Обычно скупой на сантименты Вадим Филатов растроганно сжал губы. Поводов для слабости набралось достаточно – готовые подставить плечо друзья, свадьба с любимой женщиной, большое путешествие за тысячи километров и двадцать миллионов рублей, свалившихся к нему в руки по воле счастливого случая.
– За двадцать лет вы не дали повода усомниться в том, какие вы хорошие друзья. Высоко подняли планку, я тянусь к ней изо всех сил. Одарённый писатель, благородный добряк, заслуживающий доверия мачо. К тому же все вы неплохие музыканты! Кроме тебя, Антон, твой гитарный гений ещё встряхнёт пресытившийся мир. Наша не имеющая названия группа могла бы собирать полные залы! Я бы ни на что вас не променял, парни. Берегите себя.
Глава 11. Расплата
Уборщик ел в темноте шоколадные шарики с молоком, когда за пределами входной двери послышалась возня. Наконец-то. Он вытер рот и сжал рукой в перчатке муляж бесшумного короткоствольного пистолета. За два часа ожидания глаза привыкли к полутьме, прорисованные контуры предметов с лёгкостью отличались друг от друга. Весила стальная игрушка под килограмм, но не стреляла даже холостыми патронами. Своим принципам он не изменял, невзирая на важный заказ. Огнестрельное оружие, в отличие от холодного, в арсенале убийцы не водилось. У ножей не бывает «гильзотек». Ствол, при всей его эффективности, не спрячешь в кармане брюк, не задвинешь в манжету рукава. Да и весила громкая машинка неоправданно много. Годилась разве что в качестве средства устрашения.