— Леор капитан, вскрылись некоторые обстоятельства, требующие вашего присутствия на борту.
— Конкретнее.
— Есть конкретнее, леор капитан! — старший помощник даже каблуками щелкнул от усердия. Понял, что Дарион на пределе. — Бортовой врач на-Рин, следуя процедуре допроса, ввёл пленнику сыворотку правды. Информация, полученная в ходе этой операции, была расшифрована бортовым мозгом "Элем" и имеет важность государственного значения. Ваше присутствие необходимо на борту, — добавил он уже тише.
Дарион закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Он совершенно забыл об этом шреховом слейтере! Но и вернуться прямо сейчас он тоже не мог. Сначала нужно было закончить здесь.
— Леор на-Керн, вы знаете, почему на этой планете нет радиосвязи? — спросил он, обдумывая дальнейший план действий.
— Так точно, леор капитан. "Элем" обнаружила глушилки. По несколько штук на каждом континенте.
— Видимо кто-то не хочет, чтобы ему докучали гости, — еле слышно пробормотал Дарион, и уже громче добавил:- Леор на-Керн, мне нужен вооруженный отряд, желательно те, кто хорошо ориентируются в дикой природе. Надеюсь, вам хватит две триззы, чтобы вернуться на корабль и выполнить мой приказ?
— Так точно, леор капитан!
Старший помощник отдал честь и побежал назад к катеру, тихо радуясь про себя, что легко отделался.
Дарион обернулся к своим бойцам. Те внимательно смотрели на него, готовые по первому приказу прыгнуть и в огонь, и в воду, и в холодный вакуум.
— Привал две триззы. Затем будем форсировать местность. Если к ночи не найдём, командование берет на себя старший помощник. Всем ясно?
— Так точно, леор капитан! — чётко отрапортовали штурмовики.
Дарион отошёл к ближайшему дереву и сел прямо на землю, прислонившись спиной к стволу. По лицу его тонкой струйкой стекал холодный пот. Тугой воротничок мундира жал неимоверно, будто удавка, а в глаза словно насыпали песка. Он держался только благодаря собственному упрямству и силе воли. И ещё благодаря глазам своей лерен, которые он видел всякий раз, стоило лишь закрыть хоть на миг свои собственные. Ее глаза — такие большие, испуганные, влажно мерцавшие от непролитых слез. В его воспоминаниях они были изумительными, серо-зелеными, с янтарным ореолом вокруг зрачка. Дарион не знал ни одной расы, чьи представители имели бы в своих глазах одновременно несколько цветов. То, что являлось обычным для любого человека, для арменейца оказалось сродни чуду.
Рениен Тер-на-Лор отдыхал в своих аппартаментах, расположенных в правом крыле семейного палаццо. Дворец Верховной Матери Арменеи находился в самом центре последнего заповедника дикой природы.
После того, как численность леру начала резко сокращаться, планета и ее светило тоже начали медленно, но неотвратимо угасать. Сначала степи и пустыни наступили на прежде густые леса, затем начали пересыхать мелкие водоемы, питающие реки. Реки мельчали, уже не могли поддерживать уровень воды в морях, и тогда арменейцы построили огромные парящие острова. Они расположили их на достаточной высоте над поверхностью, окружили каждый из них замкнутой сферой, тщательно фильтрующей циркулирующий между планетой и островом воздух, и насадили там прекрасные сады из самых редких и экзотических растений. Каждый остров принадлежал своему Дому, и был абсолютно автономной замкнутой системой.
А далеко внизу Арменея боролась за выживание единственным известным ей способом. От переизбытка невостребованной энергии просыпались вулканы, землетрясения раскалывали долины и поднимали в небо новые горы; частые торнадо и цунами сделали посещение Арменеи отнюдь не безопасным.
И вот в последнем тихом уголке этой неистовой планеты и находился ее самый большой зелёный массив, пронизанный сетью некогда полноводных рек. Здесь когда-то родоначальница дома Тер-на-Лор приказала заложить первый камень своей будущей резиденции. И именно здесь так любил отдыхать Рениен.
Он только что вернулся с верховой прогулки и принимал ванну, как вдруг запиликал вызов интеркома. Поднявшись из воды и небрежно накинув на бедра полотенце, молодой арменеец нажал кнопку входящего вызова. На экране появилось испуганное личико Дарнаи с живописно растрепанными волосами и вселенской тоской в глазах.
Увидев своего любовника практически обнаженным, она невольно вспомнила их последнюю встречу. Но тут же усилием воли взяла себя в руки и горестно ломая пальцы пролепетала испуганным голоском:
— Ох Рениен, как хорошо, что я застала именно тебя! Я так боялась, что дворец пуст!