Знал бы он раньше, что эмоции Саске окажутся такими… Определенно, повис бы на шее вместе с Сакурой.
Холодный, отстраненный, неприступный Учиха умел чувствовать так, что кого другого это просто бы спалило. Ненависть — так до сбоев в чакре и работе шарингана, меланхолия — так доходящая до отчаяния…
Счастье — так ослепительное.
Теперь легко можно было понять, почему он старался заглушить себя, даже когда это выходило из рук вон плохо. Тут как с плотиной — упустишь струйку воды, не заделаешь дырочку, потом другую… А потом все сметет ревущий поток воды, обуздать который будет уже невозможно.
Только вот избавившаяся от искусственных преград река течет гораздо спокойнее.
— Я начинаю опасаться, что Орочимару тебя все-таки покусал, — хмыкнул Саске, как раз закончивший с помидорами. — Сидишь с таким задумчивым видом, будто решаешь судьбы мира… Потому как пятнадцатой тарелки рамена, которая в тебя почему-то не влезает, я рядом не вижу.
— Орочи-сан не дурак меня кусать, — хмыкнул Наруто. — Отравится ещё, тело придётся менять. Просто задумался.
— О чем именно? — Учиха сел рядом, щурясь на выглядывающее из-за крон деревьев солнце.
— О том, какой ты охуенный, — честно признался Узумаки.
Саске недоуменно вскинул брови. Усмехнулся, уже привычным жестом обнял Наруто за плечи. Наверное, нужно было сказать в ответ что-то равнозначное, такое же приятное и слегка смущающее — но подходящих слов как-то не нашлось, и Учиха промолчал. Только на губах задержалась задумчивая улыбка, да пальцы легонько поглаживали джинчурики по плечу.
— И о том, что надо было давно на тебе повиснуть, — улыбнулся Наруто. — Тогда бы ты так просто фанатских облав не избежал бы. Если бы меня не прибили бы сразу, я бы смог дослужиться до главы фанклуба, во!
Саске скосил на него глаза, весело хмыкнул:
— Тогда бы я сбежал на пару лет раньше. Или вообще до окончания Академии.
— Хе-хе-хе-хе-хе… — Наруто скорчил коварную рожицу. — Мой энтузиазм, да не размазывая тонким слоем по всей Конохе, а на тебя одного… Хе-хе-хе-хе-хе…
— Всего один раз выпили вместе, — преувеличенно-тяжело вздохнул Саске, — а ты уже смеешься почти как змеиный санин. Начинаю подозревать, что мы перепутали сенсеев.
Наруто заржал уже нормально.
— Ы-ы-ы, представляю тебя с эро-санином… Ы-ы-ы… Сначала подглядывать, а потом убегать. Потому что изнасилую-у-у-ут!..
— Ещё чего! Я отлично умею маскироваться! — возмутился Саске. — И не испытываю страсти к подглядыванию.
— А что, думаешь, эро-санин не умеет? — захихикал Наруто. — Но, видимо, ему нравится, когда за ним с криками бегут полуголые женщины. Хотя, наверное, у тебя бы лучше получилось его отмазывать. Хлоп-хлоп глазищами, и всё, боевой настрой пропал. А если серьёзно… Орочи-сан сильно изменился. Стал каким-то цельным, что ли… А то до этого были одни агрессивно шипящие огрызки, среди которых человечности точно не было. Даже взяться не за что, брр! Да и Джирайя… У-у-у! Ты видел? Вообще без напряга стал!
Саске задумчиво кивнул. Про жабьего санина он был только наслышан, а вот сенсея оценить мог вполне себе достоверно. Если отбросить вариант, что Орочимару три года неукоснительно разыгрывал перед ним спектакль, то змеиный санин и впрямь стал гораздо более… Спокойным? Умиротворенным? Как будто выдернул, наконец, впившийся между чешуек шип, который торчал там так давно, что уже почти врос в тело, но всё равно продолжал саднить, неосознанно заставляя злиться. Ушла одержимость, прежде проскакивающая чуть ли не в каждом движении. А еще… Саске никогда не видел, чтобы Орочимару улыбался. Не усмехался, не кривил губы в издевательской гримасе, не запугивал предвкушающей ухмылкой, а просто улыбался, потому что хорошо и хочется.
И немного жутковато было видеть в этом отражение себя самого.
— Не только он, добе, — Учиха запрокинул голову, вглядываясь в пронзительно-синее небо. — Мы тоже, заметил?
— Ага, — легко согласился Узумаки. — Только вряд ли у них причина та же самая. А если та же — какого хрена эро-санин тридцать лет ждал, прежде чем поймать Змея за хвост?
— Не догнал? — навскидку предположил Саске. — Или побоялся догнать… Не все же такие твердолобые, как ты.
— А… Помнится, эро-санин меня ещё и отговаривал искать тебя, — почесал в затылке Наруто. — С такими упадническими настроениями точно никого не догонишь. Наверное, тут всё произошло по инициативе Орочи-сана. Он сам позволил себя догнать?.. Но странно, что эро-санин не потащил… Или… Фух, голова заболела! Нельзя столько думать!
Саске рассмеялся, взлохматил светлые волосы:
— Идём поможем Сакуре, мыслитель.
— То есть будем ей мешать до тех пор, пока она не швырнёт в нас чернильницу? — уточнил Узумаки, бодро вскакивая на ноги.
— Ей всё равно будет приятно, что мы крутимся рядом, а не втихую целуемся на крыльце, — серьёзно заметил Саске.
— Как будто мы только это можем и делать… О, кстати! Надо будет злостно тебя куда-нибудь сплавить и таки сходить с ней на свидание. Если я вернусь не побитым… Не сильно побитым, наш треугольник можно будет считать идеальным!
Саске словно что-то кольнуло в груди. Вспомнилось вдруг, как на каком-то из уроков им рассказывали, что плоскость с опорой на три точки — самая устойчивая. Двухопорная может опрокинуться, четырех — шататься и быть неустойчивой, а вот трехногий табурет всегда будет стоять крепко даже на самой неровной поверхности.
Они — тоже смогут?
Утро началось с того, что к ним заявился Сай. Учиха даже слегка растерялся, увидев его на пороге — за последние дни он успел напрочь забыть об АНБУшнике.
— Наруто-кун обещал дать название моей картине, — сообщил Сай, растягивая губы в резиновой улыбке. — Но он, кажется, забыл, и я решил об этом напомнить.
— А. Проходи, что ли, — Саске отступил в сторону, освобождая коридор.
Сай уже почти не раздражал — хотя, может быть, только пока, — поэтому пригласить его в дом и предложить чаю было… Нормальным?
А еще можно было лениво поспорить самому с собой, пытаясь угадать реакцию Наруто. Надо сказать, в последнее время начало даже получаться.
— А-а-а, Сай! — спохватился Наруто, делая независимый вид, будто бы и не его тут застукали за ограблением холодильника. А что? Он молодой, растущий шиноби-организм, а Сакура-чан, конечно, классная, но долго возится в ванной по утрам. А начинать завтрак без неё было как-то… Грустно. — Давно не виделись! Как дела? Чаю будешь? Сплетни сольёшь?
Саске мысленно поставил себе плюсик — бурную реакцию угадал. А потом минус — о том, что бледномордый может быть хорошим источником информации, он даже не подумал.
— Больше всего сплетен о том, кто у вас сверху, — невозмутимо сообщил Сай. — Большинство сходится на том, что вы у Злюки на коротком поводке.
— Хе-хе-хе, наивные людишки! — захихикал Наруто с театральным коварством, а потом расстроено добавил: — И фантазии совсем нет. Столько всего можно было придумать… Сплетничают, так пусть хоть разнообразно… И что, вообще никаких других тем для разговоров нет?
Сай пожал плечами:
— Есть, но про вас интереснее.
Саске поставил на стол тарелку с бутербродами, потянул Наруто, побуждая встать. И на полном серьезе принялся его ощупывать.
— Эй, ну не при Сае же.
— Это не приставания, а проверка, — невозмутимо сообщил Учиха. — А то ты слишком похоже пародируешь Орочимару.
— Языка не хватает, — педантично заметил АНБУшник. — И голос недостаточно хриплый.
— Да не кусал он меня! — возмутился Наруто, поняв, что собирается найти Саске. — Да и вряд ли чувство юмора таким путём передаётся!
— А Орочимару фуин умеет не только через укусы ставить, — отпарировал Учиха.
— Как ты собираешься фуин нащупать, Саске?..
— У сенсея чакра по другому ощущается, — рассеянно заметил Учиха. — Сам попробуй, — он притянул руку джинчурики к запятым джуина на шее.
— Это разве его? — озадачился Наруто, ощупав. — Какая-то она… Колючая. Фу. Я б с таким не пил!
— Не совсем его, — согласился Саске. — Основой для проклятой печати послужила ещё чья-то чакра. Но ты ведь её чувствуешь, верно?