— Слушаться Орочи, если что-то случится, сообщить мне, — коротко проинструктировал он жабу.
— Хорошо, Джирайя-сан! — кивнул тот.
— Удачи, Орочи, — жабий санин тронул губы Змея коротким поцелуем и отправился навстречу трудовым подвигам.
*
Остаток дня прошел в попытках привести в порядок коридоры базы и написании отчетов о том, как же они умудрились вызвать шинигами. Неосторожно высунувшуюся Гурен к уборке тоже привлекли, причем мрачный Учиха даже без шарингана зыркнул так, что возражать куноичи не решилась. Потом ее погнали обедать, обрявкав за попытку слинять на полигон голодной. Собственно, как раз на кухне и выяснилось, что Кабуто не просто куда-то запропастился, а еще и на прямые обязанности забил. Наруко сообщила, что сенсей дал ей задания и ушёл, но куда не сказал, и надолго ли — тоже. В принципе, приготовить ужин из имеющихся продуктов было не так уж сложно — Наруто так вообще сразу вцепился в свой заварной рамэн и отказался есть что-то еще, — но тут уж обычная обида взыграла. Отчищать стены ото льда и прогревать переходы убежища Кабуто не помогал, ужин не приготовил… Ни в одной из лабораторий замечен не был, то есть исследований не вел. Да и вообще, его текущее задание состояло в обучении Наруко.
— Ксо, и где этого Якуши носит? — больше всех была раздражена Гурен, которой от неумолимой троицы увильнуть не удалось.
Причем, основные проблемы пришли вовсе не от Саске, а от розоволосого монстра. В том, что она подчинилась Учихе, еще были рациональные корни — Мангекью это вам не шутки, а калечить засранца нельзя, — то вот как бесклановой девчонке без кеккей генкай удалось забрать себе бразды правления, Гурен решительно не понимала.
— Кабуто-сан ушел из убежища, — поделился Юкимару. — Он куда-то очень сильно спешил.
— Что? Вот блин, как он вовремя, — скривился Наруто. — От всей работы сбежал!
— Скорее всего, Орочимару-сан его первым и нагрузил, — рассудительно заметила Сакура.
В процессе уборки она нашла свой потерянный торт. Орочимару, что, казалось, стал ещё меньше и кавайней, скармливал его остатки толстой, несчастной жабе. Учитывая крошки на губах самого санина, он сам съел, что мог, а потом стал пихать в компаньона. Куноичи решила не делать замечаний по этому поводу. Тем более что читать нотации Орочимару было как-то стрёмно, а просто дуться на него оказалось невозможно — хотелось затискать насупленную буку-няшечку. А учитывая, что своему омоложению Змей был совсем не рад… Сакура предпочла тихо удалиться.
— Ну, он хотя бы на воле, — вздохнул Наруто. Раньше подземелья его не очень смущали… Пока в них было весело! Однако сейчас он скучал по солнышку и свежим булочкам. И размораживать подземелья было совсем не весело!
— Не факт, — заметил такой же хмурый Саске, которому пришлось готовить на всех. Альтернативой было прогревание коридоров Катоном.
Неделя прошла примерно в таком же ритме — бесконечные дела, периодически подкидывающий новые задачи Джирайя, мелкий насупленный Орочимару, который ни с кем не стремился общаться и появлялся как бы не только за вкусняшками, жабий санин, мечущийся в попытках все уладить и успевающий в основном благодаря клонам, Сакура, силком усаживающая его за стол — поесть.
— И я хотел Итачи просто убить, — задумчиво поделился Саске как-то вечером. — Определённо, это была бы слишком легкая участь.
*
Через неделю они додумались спросить у Орочимару, куда это он отослал Кабуто.
— А я никуда его не отсылал, — проговорил Змей, хлопнув глазищами. — Ещё удивлялся, чего это он не прибежал меня обследовать со всех сторон, втихомолку тиская…
— Не отсылал? Ксо! А куда он тогда рванул?!
— Нужно Юкимару спросить, он видел, — рассудительно заметила Сакура.
Юкимару ничего толкового сказать не смог, кроме того, что Кабуто очень спешил и останавливать его нельзя было — иначе плохо бы получилось.
— А сейчас что, хорошо?
— Тоже плохо, — серьезно кивнул Юкимару. — Но уже лучше. Он выздоровеет.
— Якуши что, еще и заболеть умудрился?!
— Он давно был болен. А сейчас — выздоравливает, — на голубом… Фиолетовом глазу произнёс вечный ребёнок.
У Орочимару волосы дыбом встали. Кабуто. Сбежал. По непонятной причине. Когда он в таком состоянии… Ой, мамочки!
— Я обыщу его комнату, — проговорил он отрывисто. — Проверю арсенал и склады. Возможно, так найду подсказку. Юкимару, ты знаешь, где он сейчас?.. А, ксо, кому это я… Наруто! Четвёртая лаборатория с термоизоляцией. Призывай свою подругу и проси её найти Кабуто.
— Джирайя был против, — вспомнил Наруто.
— Скажешь, что я попросил.
— Хай!
Все снова забегали, но в этот раз суета была более структурированной и осмысленной. Да и Змей наконец-то вынырнул из своего состояния угрюмого ребенка, что не могло не радовать. Саске рванул проверять внешние уровни защиты убежища, Сакура села писать письмо Джирайе — жаба рядом с Орочимару была всегда, а Кабуто вполне мог объявиться где-нибудь в других убежищах.
Первым со своей задачей справился Наруто. Он прискакал уже через четверть часа, бодро сообщив, что Кабуто жив и в ближайшее время умирать не собирается, потому как Ши его не чувствует даже рядом с гранью.
— Слей свою сен, я усилю барьеры, — Орочимару впихнул ему в руки прозрачную сферу. От них запитывались барьеры и основные структуры фуин. — В комнате ожидаемо нет ничего подозрительного. Но он не взял с собой даже оружия. Это странно. Очень странно… Кто-нибудь замечал ещё что-то странное, связанное с ним?
Сакура коротко покачала головой — она с помощником санина пересекалась меньше всех.
— Нестабильное психическое состояние, — коротко сообщил Учиха. — Довольно сильно похожее на депрессию из-за того, что считал себя ненужным и вытесненным. А еще… Ши до него дотронулась. У него даже какая-то печать на щеке образовалась, но потом, кажется, пропала.
— О, ну просто замечательно… Мой помощник окончательно задепресснячился, шастает непонятно где, без оружия, без защиты, так ещё и с непонятной печатью шинигами, которая его даже к смерти не тянет! Ну просто замечательно! Ксо… Придётся поднимать информаторов… А в таком виде я не могу, тсссс…
— Хенге? — предложил Саске, скрещивая руки на груди.
— И успокоительным накачаться! — рявкнул Орочи и глубоко вздохнул. — Первая стадия любых переговоров — попытка вывести друг друга из равновесия. А меня сейчас слишком просто вывести. Меня сожрут и не подавятся, а косточки ещё смачно оближут. Невзирая на прошлые заслуги.
— Я могу наложить хенге на себя, — подозрительно спокойно заметил Учиха. — Контракт со змеями есть, шипеть умею, Ки использовать тоже.
— И именно поэтому я не выдам тебе ни одного моего информатора.
— Ну, попытаться стоило, — пожал плечами Саске. Настаивать на своем непременном участии он не собирался.
В конце концов, какое ему дело до Кабуто?
— Рррр! Хорошо! Ты пойдёшь, — топнул ножкой Орочимару, кляня себя за беспечность. Но что-то изящнее и безопаснее просто не придумывалось.
Саске потер лицо ладонями, старательно убеждая себя, что он кремень, суровый шиноби и вообще Учиха, в конце-то концов… Не помогало. Хотелось отчаянно умиляться на волнующуюся и капризничающую деточку. И потискать, да.
Ками, ну за что?
Орочимару такую реакцию обычно кирпичемордого ученика видел и втихую злорадствовал. Вкуси чужого шарма, Учиха!
Однако все усилия оказались тщетны. Кабуто будто сквозь землю провалился. Убежал без использования техник… следов чакры не оставалось. Через сенмод почувствовать не удалось даже Орочимару… Свои счета или счета Орочимару он не использовал… А ещё при прочёсывании базы обнаружилось, что ремни на ритуальном камне, которые и без того были потрёпаны двумя санинами, оказались окончательно порваны. Сам камень недовольно гудел, выражая своё неодобрение прерыванием процедуры.
Ох… Как паранойя Орочимару билась в истерике! Если до этого он сильно сомневался, что Кабуто может его просто так сдать, то после ритуала это было бы совсем не удивительно. В конце концов, нормально обращаться с людьми он не умел, особенно с детьми, а навеянный страх и липовое уважение прекрасно смоется ритуалом.