Ангелина встречает меня на входе.
– Наконец-то ты почтил меня своим вниманием, Нестеров, – хмыкает она.
Проходим в просторный холл. Осматриваюсь.
– Ну неплохо, неплохо... Но зачем тебе моё мнение?
– Затем, что ты разбираешься в этом бизнесе, а я нет, – виляя бёдрами, идёт в следующее помещение. – А ещё мне скучно, – оборачивается и подмигивает. – Выпьешь со мной?
Мы поднимаемся по лестнице на второй этаж. Вип-зал уже отделан, и даже мебель имеется.
– Выпил бы, но я за рулём.
Ангелина устраивается на кожаном диване. Закидывает ногу на ногу. Её короткое платье задирается на бёдрах. Девушка вертит в руках бокал с розовой жидкостью. Надувает губы.
– Кир уехал. Ты стал чертовски скучным. А Завьялов коршуном следит, чтобы вокруг меня в радиусе километра не было никаких жеребцов. Ну удели мне этот вечер, Эмиль!.. Давай, а? Будет весело.
Опускает пальчик в бокал, потом эротично облизывает его. А я снова задаюсь вопросом, на что, блять, клюнул Кир... Ну сиськи, ну губы... Да и те ботоксные... На разок такую можно. Но друг ведь жениться на ней собирался!
Мозг услужливо подсовывает мне образ Динары. Губки её пухленькие без всяких косметологических примочек. Фигурка, осанка... Глаза!
Трясу головой, выгоняя образ. Ещё только стояка мне сейчас не хватало. Сажусь на барный стул, бросаю ключи от тачки на стойку.
– Будет «весело», если у Завьялова появятся подозрения на мой счёт. Ради одного вечера терять такого выгодного партнёра? – усмехаюсь я. – Ты же не дура, Ангелина. Не пытайся принизить свои умственные способности.
– Он ничего не узнает. Точнее, он будет знать, что ты заезжал мне помочь. Он тебе доверяет, всегда хорошо отзывается.
Вот именно – доверяет. И пока он мне доверяет, я буду пользоваться этим. Но не для того, чтобы спать с его любовницей.
Нет. Меня жена его интересует.
Часть меня просто смирилась с тем, что я встаю на скользкую дорожку. А другая – психованная, азартная, немного невменяемая – буквально беснуется от желания получить Динару поскорее.
– Вода у тебя тут есть? – скептически осматриваю пустые полки бара.
– Холодильник там, – машет рукой, указывая направление.
Иду его искать. Нахожу целую кухню. В холодильнике тьма спиртного и пара бутылок воды. Беру одну, разворачиваюсь, и в меня тут же влетает Ангелина. Бутылка выпадает из рук. Влажные губы девушки прижимаются к моей шее. Руки её норовят расстегнуть мне ширинку.
Сжав её запястья, притормаживаю этот сумасшедший дом.
– Ты под чем, Ангел? – с издёвкой сюсюкаю я. – Экстози каких-то бахнула? Или чего покрепче?
Ангелина пытается дотянуться до моих губ. Хныкает, когда не получается.
– Эмиль, ты не понимаешь... Я видеть его больше не могу! Его вялый огрызок во мне... – морщится. – Он не стоит, понимаешь? А я должна изображать, как это классно – спать с этим жирным мешком. Моя молодость проходит! Я хочу нормальный член! Хочу, чтобы меня любили...
В её глазах появляются вполне натуральные слёзы. Но внутри меня не возникает даже элементарного сочувствия.
Ангелина сама виновата.
А ещё её папаша, который пару лет назад подтасовал результаты обследования Кира. Моему другу поставили диагноз «бесплодие». Он был в шоке... Ангелина его тогда кинула.
Нет, дорогая, ты будешь страдать. И твой отец тоже. И та долбаная клиника, которая это всё провернула. А поможет нам сделать всё, как надо, Завьялов.
Я уже с ним договорился. Этому денежному мешку интересно нагнуть отца Ангелины – нефтяного миллионера.
– Ну не плачь, Ангел, – продолжаю с притворным сочувствием. – Посмотри вокруг. У тебя теперь есть свой клуб. Всё по-взрослому. Подумаешь, какой-то вялый член. Терпи.
– Какой же ты бездушный, Нестеров!
Выдернув свои руки, вмазывает мне по плечу и уходит. Поднимаю бутылку, открываю крышку и с наслаждением пью холодную воду, прислонившись спиной к холодильнику.
Телефон во внутреннем кармане пиджака вибрирует. Номер незнакомый.
– Да?
– Добрый день. Это из ювелирного. Ваш браслет готов.
Уже?
– Хорошо, спасибо.
Накину чаевых мастеру, он уложился в два дня.
Сообщения от Полины не читаю. Она задолбала меня с кольцом. Её жирные намёки на свадьбу ощущаются удавкой на шее.
Иду на поиски Ангелины. Нахожу там же, на диване, с бокалом в руке. Правда, на столе появился ноутбук.