Внутренности стягиваются в тугой узел. Отвожу взгляд. Внезапно слышится какой-то шорох, и я поворачиваю голову. Эмиль вытаскивает мой рюкзак...
Вздрагиваю.
Это же просто рюкзак. На нём ведь не написано, что я собираюсь сбежать с ним отсюда.
Мужчина достает ещё несколько бусин и отдаёт их мне.
– Вы побледнели, Дина, – говорит он, внимательно глядя мне в глаза. – Так дорог этот браслет?
– Очень, – вру я.
– Я могу отдать его мастеру на починку. Хотите?
– Нет.
Поднимаюсь с пола, кладу рубины в коробочку из-под духов. Туда же отправляю порванную золотую цепочку. Искоса наблюдаю за тем, как Эмиль разглядывает рюкзак и наконец отправляет его обратно под кровать.
Кажется, я почти не дышала всё это время. Делаю глубокий вдох.
Эмиль встаёт, отодвигает тумбочку, подбирает ещё несколько камешков и подходит ко мне. Касается грудью моего плеча, когда складывает рубины в коробочку.
– Позвольте, – забирает коробку из моих рук. – Браслет я всё же отдам мастеру и верну, когда будет готов.
– Это не понравится моему мужу, – наконец нахожу весомый аргумент для отказа.
Тянусь к коробочке, чтобы забрать, но Эмиль ловит мою кисть и внезапно подносит к своим губам...
Нежное прикосновение горячих губ к моей коже... Секунда, две, три, четыре... И вот моя рука снова на свободе. Кожа в месте поцелуя горит.
Эмиль заговорщически подмигивает мне и произносит:
– А мы ничего не будем рассказывать Георгию Михайловичу... До встречи, Дина.
Забирает туфли и уходит.
Ничего не понимаю... О чём не будем рассказывать? О туфлях, браслете или... о поцелуе? Или о визите этого мужчины в мою комнату?
Брось, Дина! Он же сказал «ничего»... То есть, обо всём вышеперечисленном Завьялов не узнает.
Воу... Теперь у меня с этим Эмилем появился общий секрет?
Опускаюсь на край кровати. Что-то мне нехорошо...
Девчата! Я поняла, что эта история будет для меня сложной... Тот случай, когда Автор должен примириться с героем, а потом его полюбить... надеюсь))
Проды будут выходить 3 раза в неделю! Поддержите мою музу пожалуйста своим вниманием к этой истории!
Глава 5
Наши дни
Эмиль
То, что я уже третью ночь нахожусь в камере, не убивает меня так, как осознание того, что моя любимая тоже за решёткой.
Я почти не сплю... Загоняюсь, что её могут обидеть сокамерницы. Дина хоть и бойкая, но совсем не готова к этому всему.
Перед очередным допросом у меня есть пять минут с адвокатом наедине. Вчера во время нашей аудиенции я попросил его узнать что-то про Динару. Где её держат, как она... Моя собственная судьба сейчас мало меня интересует.
– Над её делом сейчас работает один из лучших адвокатов нашей коллегии. Записи с видеокамеры домофона позволили установить, что Динара вошла в квартиру через десять минут после того, как Завьялов умер. Время смерти уже установлено. Её пока отпустят, и она будет проходить по делу в качестве свидетеля. Но прокурор собирается настаивать на том, что Динара является соучастницей убийства, – отчитывается Пелевин, мой адвокат.
Так, ладно... Пока можно немного выдохнуть. Дина будет на свободе, а не в этом гадюшнике.
Появляется следователь. И допрос начинается с закономерного вопроса:
– Эмиль Родионович, расскажите, в каких отношениях Вы состоите с гражданкой Завьяловой?
– В дружеских, – озлоблённо хмыкаю я.
– Давно вы знакомы?
– Года четыре.
– У нас есть сведения, что между вами была не только дружба. Хотите это опровергнуть?
***
Четыре года назад
Сосредоточенно слежу за дорогой, стараясь не раздражаться на Полину. Сегодня она впервые действует мне на нервы. И тем, что постоянно сжимает и гладит мой бицепс, и тем, что иногда кладёт ладонь на пах. Словно прямо сейчас готова мне отсосать. Хотя нам обоим известно, что этого не будет. И тем, что навязалась со мной к Завьялову.
Видите ли, они с Динарой нашли общий язык на вчерашнем банкете, и ей не терпится вновь с ней пообщаться.
Когда они успели поладить, не знаю. Я был в основном сосредоточен на Завьялове. А когда начинал переваривать собственные ощущения от короткого общения с Диной, просто выпадал из реальности.