– Мне тоже приятно, – Дмитрий лежал в её постели прямо в одежде. Она недавно очнулась и сразу же попросила лечь к ней. Хотела объятий, хотела успокоиться.
Митрич сидел на кухне и неторопливо пил чай, стакан за стаканом. Когда подняли бесчувственную хозяйку квартиры сюда и уложили в кровать, он оставил измотанного любовника наедине с пассией, цинично сказав, что могут хоть нагишом при нём скакать и лобзаться. Не обращайте внимания, мол, на всякий случай останусь.
Дима, с трудом удерживаясь ото сна, то и дело впадая в забытье, дождался, когда Катя придёт в себя. Выскочил на кухню к Митричу, попросил заварить большую кружку крепкого чая и снова скрылся в спальне.
Водитель пришёл через пару минут с горячим настоем, оставил его на стуле рядом с постелью, бросил насмешливый взгляд на обнявшихся измученных влюблённых и вышел.
– Как себя чувствуешь? – Дима посмотрел в широко открытые глаза.
– Плывёт всё и кружится. Что-то сильное мне вкололи.
– Главное, чтобы последствий не было. Завтра надо сразу же к врачу.
– Да, конечно, солнце моё! – Катя уткнулась носиком в шею и засопела. Нежно-нежно поцеловала под ухом несколько раз и затихла.
– Ты так горишь, жарко даже! – пробормотал разомлевший фаворит.
– Так мужчина рядом, само собой так получается, – пошутила она, но голос был слаб. Вымотались оба, какие тут могут быть ласки?
Полежали молча минуту. Он начал засыпать.
– Дима?
– Да? – встрепенулся любовник и, хлюпнув, вытер слюну, стёкшую по щеке.
– Я знаю их главного.
– То есть? – юноша пытался соображать, клонило в сон неумолимо.
– Ну, то есть, конечно, не знаю. Но осведомлена.
– Говори понятнее, я же сплю…
– Самый бандюган, пожилой – такой же, как я.
– То есть?
– Был там же, где и я. Поэтому тоже умеет читать мысли. Но он сильнее меня.
Дмитрий с усилием заставил себя проснуться и повернул голову к ней. Губы почти касаются губ, тёплое дыхание. Поцелуй.
– Точнее скажи – вы знакомы, получается?
– Те, кто побывал там, все заочно знают друг друга. Даже если не виделись в реальной жизни.
– Где – там?
Екатерина не ответила на реплику и продолжала:
– Карл Йохансен тоже был у дерева. Как увидела его на буклете, сразу узнала. Поэтому и сбежала.
– Это психолог, к которому ходили неудачно?
– Да. А вот главный, Грегор, хотел что-то выведать у меня, поэтому и усыпил. Сильный гад, видит насквозь. Самый мощный из тех, кого я встречала! В смысле из тех, кто, как и я, влезал в то дерево…
– Ты так говоришь, будто бредишь. Давай спать?
– Хорошо… Завтра расскажу, а то сейчас не соображаешь.
– Ага, точно… – буркнул Дмитрий и провалился в сон.
С трудом поднявшись по звонку, он вяло умылся и собрался, порываясь между делом завалиться подремать ещё чуть-чуть. Екатерина, потешаясь, вытолкала фаворита из постели. Она уже повеселела, бледность сошла. Но ещё не решалась подняться, боясь, что закружится голова и она брякнется где-нибудь. Дверь за невыспавшимся баловником закрыл суровый и стойкий Митрич. От него разило табаком – курил, бездельничая с утра, напропалую.
Света сразу поняла, что предыдущий вечер был тяжек для её любимца. Впрочем, это заметили все – измождённый вид, круги под глазами.
– Ты куролесил, что ли, всю ночь? – положил ладонь на плечо Антон.
– Это не в моём стиле, – буркнул мрачный дизайнер и тут же уронил голову на руки, намереваясь совершенно беззастенчиво продремать пару часов.
Старший коллега, понимающе усмехнувшись, вышел.
В тяжёлом забытьи мелькали неясные образы, кто-то кого-то догонял, какое-то инопланетное дерево вырастало до неба, и Дима с Катей сидели на самых верхних ветвях, высматривая что-то далеко внизу.
Он забавно дёрнул ногой во сне, потешив других дизайнеров в комнате, и наконец проснулся.
–Света заходила, хмурила брови, но пожалела тебя, даже дверь закрыла, чтоб кто из боссов не заметил. Так что ты теперь ей должен, – выглянул из-за монитора Антон.