Я соберу свои войска,
Токтамыша пойду воевать,
С Токтамышем расправлюсь я,
И навеки прославлюсь я!»
Так сказал Аксак-Тимир.
Полное издевки письмо
Токтамышу направил эмир.
Войско воедино собрав,
Полководцев поставил эмир:
Ир Каплана — на правом крыле,
Кыйгырчака — на левом крыле,
Идегея — над всеми главой.
Двинулось войско во весь опор,
Словно шумный вихрь круговой.
Из замечтавшихся тихих озер
Рыбу на берег извлекло.
Пило воду из родника,
Замутив его слегка.
Там, где среди степи росло
Дерево с синеватой листвой,
Где текли, волна за волной,
Среброструйные ковыли,
Там, наплывая в дали степной,
Двигалось войско — волна за волной.
Там, где устраивалась на ночлег
Впереди скакавшая рать,
Утром воду пила из рек
Позади скакавшая рать,
Шумя и звеня, как саранча,
Шипя, шевелясь, как черный змей,
Все живое давя, топча,
Всех сметая с дороги своей,
Иль заставляя пасть пред собой,—
Двигалось войско на грозный бой.
А полководец Идегей
Не бросает уставших людей,
Не терзает хромых лошадей.
Полноводна Инджу-река,
Мелководна Банджу, узка,
Над Ак-Тубе склонился тростник.
Далее — река Яик.
Здесь и стал на отдых Тимир,—
Тот, кто к обману и козням привык
Степью измученные бойцы
Воду пили из Яика —
Так, что стала мелкой река,
Отступила от берегов.
Шах Аксак-Тимир приказал
На берегу устроить привал.
И когда Идегей верхом
У Яика взобрался на холм,
Увидал Идиля струю,
Родину увидел свою,—
Спешился, землю стал целовать,
Песню сердца стал напевать:
«Здравствуй, Идиль, Отчизна-Дом!
Мир да будет в Доме родном!
Здесь, в этом доме, мой отец
Счастлив стал, как жених и зять.
Выйдя замуж, здесь моя мать
Стала невесткой, стала женой.
Здравствуй, Идиль, мой Дом родной!
Здесь, где мое началось бытие.
Перерезали пуповину мне.
Здесь полоскали мое белье,
Здесь я плескался в речной волне.
Здесь доили наших кобыл,
Здесь кумыс я когда-то пил.
О, мой Дом, желанный мой Дом
Между Идилем и Яиком!
О, мой Дом, где птицы звенят,
Радостно ржание жеребят,
О, мой Дом, что хлебом богат,
Дом, где дни мои были светлы,
О, города Ибрагим и Ашлы
Меж городами Казан и Булгар!
Славный Дом моих предков-татар!
Что светлей на земле, чем луна,
Если безоблачен небосвод,
Что милей, чем родная страна?
Выродком окажется тот,
Кто, возвратясь, страны не найдет.
Еду, еду, в жарком бою
Отвоюю отчизну свою!
О подсолнух в дуб высотой,
Стадо, склоненное над водой,
Листья деревьев-щитов плотней,
Серьги серебряные ветвей,
Яблоко в сердце величиной.
О не ты ль это, Дом родной,
Где я голод свой утолял?
Здравствуй, будь счастлив, родимый край!
Здесь, где рос изумрудный тугай.
Мы привязывали кобыл
Здесь я со сверстниками дружил
Здесь поудобней садились мы.
Как жеребята, резвились мы.
Здесь, ровесники, мы сошлись
Здесь мы пили свежий кумыс.
Травы ласкали нашу гурьбу.
Здесь наполняли мы сабу
Идиль-реки сладкой водой…
О мой Дом, что стало с тобой?
Каждый лист на ветвях пожелтел
Изумрудный тугай почернел.
Токтамышем угнетена,
Чем ты стала, родная страна?
Чем стал и я, печали копя,
Я, отторгнутый от тебя?
Но пока для меня сладка
Дорогая Идиль-река,
С ней — Яик, Нукрат и Чулман
Орошают двенадцать стран,
Но пока у меня есть кров,
Дом, который с детства люблю,—
Я не сдамся, не отступлю:
Превратившего вольных в рабов
Токтамыша я зарублю.
Дом родной, отвоюю тебя,
Благоустрою, восстановлю,
Я избавлю тебя от зол,
Дом родной, я к тебе пришел!»
И когда отдыхали полки
На берегу Яика-реки,
Хан Токтамыш увидел сон.
Он проснулся, сном потрясен.
Стал раздумывать, стал гадать.
Что же может сон означать?
Был у властелина страны
Старец, разгадывающий сны.
Хан Токтамыш его призвал.
«Эй, предсказатель,— хан сказал,—
Снов толкователь,— хан сказал,—
Сон мне приснился во тьме ночной.
Белый заяц бежал предо мной,
Но упустил я беляка.
В светлом Идиле вода глубока,
В добром Идиле на утре дня
Белого утопил я коня.
От коня избавился я,
И домой отправился я,
Домочадцев собрал и родных,
Пир-горой устроил для них.
На золотой положив поднос,
Ляжку с грудинкой я принес,
Но получилось ни это, ни то:
Сокол-чеглок спустился вдруг,