влюблённых Ромео и Джульеттой через пятнадцать лет? Сумели бы они сохранить хоть крупицу той любви, что сжигала их по сюжету романа? А Жульетта с «Жераром Филиппом» «доигрались». «Ж.Ф.» умудрился влюбиться в замужнюю простолюдинку Марианну (о том, что она живёт бедно, точнее «неподобающе их уровню», упоминается дважды), и соблазняет её. Жена начинает мстить ему за это (за «влюблённость»): натравливает на него жениха соблазнённой им девчушки-мажорки, кстати, кузины – значит, кровосмесительство обоих не останавливало. И ревнивец случайно убивает «Ж.Ф.» в драке на вечеринке. В сухом остатке имеем: нравоучительную сентенцию автора романа и режиссёра-постановщика. А я развожу руками: любопытный социальный эксперимент, сопряжённый с третированием морали и нравственности, приводит к жизненному краху. Замечательна концовка фильма. Жульетта срочно пытается в ванной сжечь письма – переписку со своим мужем, в которых они до подробных деталей описывали «свои победы». А в это время в квартиру стучится полицейский с ордером на обыск. Она тогда плещет на плохогорящие письма бензином – и огонь накидывается на неё: платье, волосы. И хоть жизнь Жульетты спасли, она становится Чудовищем: одна половина лица её по-прежнему прекрасна, а другая обезображена. Истинное олицетворение фильма: на лицо прекрасные, ужасные внутри. За красивой парочкой остаётся шлейф выжженной «земли» в душах других.
110
- Ба, Виталий Арнольдович! Где вы пропадали? У меня тут без вас роман не пишется! - Отпуск отгулял. Теперь знакомлюсь с «подпольной» художественной литературой. И много вопросов возникает! - Много? Вы меня пугаете! Но это лучше, чем их отсутствие! Пожалуйста, озвучьте! - Почему вы совсем не упоминаете прекрасную Диану Рубину? - Пробел воспитания. Терра инкогнито. - Где классики? Пушкин с его «Путешествием в Арзрум»? - Вопрос по существу! Спасибо! - Такое ощущение, что у Лермонтова один Грушницкий был… С Бэлой слабовато… - Ещё есть вопросы? Или уже можно отвечать? - А где же Гулиа? Современные абхазские писатели? Ваша повесть – сплошное разачарование. - Почитаю между строчек… - В вашем произведении нет ощущения влияния прекрасного абхазского вина на прекрасные мысли студентов и студенток Величайшего университета. Никто не просит Вас описывать обтянутую мокрым купальником божестненно белеющую великолепную грудь студентки Санкт-Петербургского университета, превосходящую упругостью, композиционной простотой лучших греческих богинь. Но показать душу блестящих Вербицких в их мудрой младости, которые от великолепного сомелье-почтальона Печкина не скрывают своих рассуждений о влиянии поэзии Ломоносова на совершенствование величайшего на планете языка вы были просто обязаны! - Великолепный пассаж! Я поднимаю ручки к верху! - Короче говоря, Николай Васильевич Гоголь сжёг рукопись второго тома «Мёртвых душ». М-да! Отчаянно много работали над собой Лев Николаевич Толстой и Александр Сергеевич Пушкин. У Вас есть шанс из этого подпольного чтива создать великое произведение. Тема выбрана очень удачно. Исполнение несколько подводит. С уважением, стоматолог-офтальмолог!
И он вознесся. - А Бэлу мы с вами обсудим? - Давайте! - Трудность описания Бэлы для сочинителя в её закрытом характере. Если вы заметили, в романе даются три женских психологических типа: экстраверт (Бэла), интраверт (Танька Кузичкина). Первая в своих устремлениях направлена в прошлое; вторая – в будущее. Они обе, как бы, немного не в адеквате. И лишь Наталья-Гидра «работает» в режиме «on-line». Если говорить об их «личной жизни», то Таньку мальчики интересуют, как компаньоны по резвым играм. Её пока «не пробило» на любовь – это дело случая, до первого поворота судьбы. Вторая, Гидра выпустила свои щупальца для поимки интересных экземпляров противоположного пола. И есть третья – это «чёрная дыра», в которую проваливаются мужские особи. В эту лузу закатыватся все шары…
111
«Мой ласковый и нежный зверь!» - так обращается Оленька к Камышову, который становится её любовником. Но для зрителя главный герой фильма Оленька, и это её мы про себя называем «ласковым нежным зверьком». И режиссёр также думал, вынося «метафору» в заголовок . Камышов убивает свою любовницу, поражённый её «безнравственностью». Как она может спокойно рассуждать: за кого ей надо было выходить замуж. Не за него, любимого Камышова (которого играет мой обожаемый Олег Янковский), и, разумеется не за старого вдовца-лесничего, что она и сделала от отчаяния жизни в лесной глуши,- нет, надо было выходить за графа. А любовнику Камышову она помогла бы с продвижением по службе – граф имеет такие связи в высшем свете! Не знаю: насколько поражается зритель безнравственной безрассудностью Оленьки. Её слова и поступки как бы микшируются её молодостью и красотой. Мужа с её молчаливого согласия перед следователем (он же любовник Камышов) посылают на каторгу, где он скоропостижно зачах. Вот уж кого откровенно жаль – а силы в нём, как в Поддубном. Жаль двоих детей, которым Оленька оказалась никудышной матерью: мы ни разу не видим её с приемными детьми. Жена графа, гречанка, обчистившая на пару со своим братом мужинька-графа, смотрятся «железной пятой девятнадцатого века, раздавившей разорённое дворянское гнездо». Поделом графу! – даёт оценку сему зритель: неча было чужую жену созблазнять. Хотя граф Оленьке был нужен лишь для удобства «сношений» с Камышевым. Камышев тоже, вроде, получил «по заслугам»: после опубликования повести, в которой он описал свой роман с Оленькой, закончившийся трагедией на охоте,- он зачах водногоде. И лишь одна Оленька предстаёт «белым лебедем в свадебной фате»… Хотя, если копнуть… «Если б вы знали, как страшно-скучно здесь зимой! Хоть, в петлю…»- говорит она Камышову в ответ на его: как у вас райски красиво! Да, это беда Оленьки. Ей дали образование – она «училась в гимназии, говорит по-французски». А, получив образование, то есть вернувшись из городского пансиона,- она попадает в лесную глушь, в избушку своего отца-лесничего. Который, в добавок, сумашедший. Вчерашний ребёнок, Оленька в душе не имеет никаких нравственных категорий. Гимназия ли здесь причём (сейчас бы сказали: во всём виновата школа!), ополоумевший отец ли, или дикость обитания (вдали от цивилизации)- всё это выходит за рамки фильма… Её первобытный страх-ужас за гранью нравственных коллизий. Вот движущая сила её поступков.