Кира тихо ругнулась себе под нос. Да уж, подлость человеческая границ не знает.
— Выбрался я каким-то чудом, не иначе как сама Праматерь Даани на меня взглянула в этот день. Наткнулся на одного из сопровождающих. Тот сразу меня за руку и потащил какими-то окольными тропами, рассказывал, что вот он-то против заговора, и что воля тана — священна. Ну и… всадил он мне меч в спину. Только не учел, что я у кузнеца не только по хребту получал, но и молотом махать учился. А я дополз до какой-то хижины, где, на мою удачу, жил один из целителей. Уже старый, пламя хоть от взмаха крыла бабочки может погаснуть, а не оставил умирать. А вот сам... — Варт вдруг замолчал, глядя в огонь. Ортвиг молча потянулся к своему мешку и вытащил мех, в котором что-то звучно булькнуло.
— Давайте-ка. Кира, ты тоже.
Она подставила кружку под густую алую струю, принюхалась — здешнее вино пахло черной смородиной. Запах был настолько сильным, будто рядом стоял целый таз, наполненный черными, спелыми ягодами.
Варт сделал глоток, помолчал и плеснул в огонь недопитое вино. Пламя взметнулось в воздух, жадно распахивая золотые с багрянцем крылья, выпуская в небо искры.
— Этот целитель мне и посоветовал идти на север, лес стеречь. Там, он сказал, меня найти сложнее, да и свои люди не отдадут.
— Вот именно, мы тебя никому не отдадим, ты нам еще не все нервы истрепал, — Гаур хлопнул его по спине. Варт усмехнулся, уже гораздо веселее.
— Ну тогда я могу быть спокоен, запас терпения у вас просто безграничный.
— Ну так… не чужие ведь. — Ортвиг кивнул и ему, и Кире, веско повторив: — Не чужие.
Вино и на вкус было как смородиновый сок. Крепость не чувствовалась, только сладость с легкой, живой кислинкой, оставляющая после себя терпкое послевкусие.
— Знаешь, — чуть повеселевшим голосом заметил Варт, глядя на Ортвига. — Ты был прав. Во второй раз обо всем этом говорить не так… тяжело.
— Так может, на день Луана сядешь перед всем городом да расскажешь? — предложил Гаур и тут же схлопотал тычок локтем в бок. — Ну вот, я из самых лучших побуждений…
— А ты? — спросила Кира. Внутри было странное тепло, словно где-то в груди свернулся маленький котенок из солнечного света — и явно не вино было тому причиной. Гаур широко улыбнулся.
— Я-то человек простой. Мой отец был Лесным Стражем, да вот однажды не вернулся из леса. Ну я и пошел по его пути — чтоб, значит, уничтожать всю эту… пакость. Матушка конечно поначалу охала, да за голову хваталась, а потом вздохнула, сказала, знать, судьба такая и смирилась. У нее кроме меня еще трое; сестры, конечно, уже замужем, а брат мой младший в нее удался — помогает ей пироги украшать да тесто месить.
— Вот в такой компании ты оказалась, Кира, — Ортвиг аккуратно стукнулся с ней кубками. Следом потянулись Гаур и Варт, которому Ортвиг успел плеснуть глоток вина.
— По-моему, отличная компания, — Кира улыбнулась им. — В нашем мире говорят: «С вами хоть в разведку!»
На следующий день они миновали солнечный участок леса, вновь погружаясь в сизый полумрак. Кира зябко передернула плечами — не столько от холода, сколько от неприятного ощущения взгляда в спину. Невольно оглянулась — никого и ничего, даже листья были неподвижны. Давящее чувство не уходило, наоборот, стало еще сильнее.
— Поворачиваем на запад, — сказал Ортвиг, остановившись. — Дальше лучше не лезть, а то заморочит.
Варстан рассеянно кивнул, не сбавляя шага и глядя куда-то за деревья.
— Варт, — настойчиво окликнул его Гаур.
— Я просто думаю… Может, все-таки пора зайти за границу?.. — медленно, словно сквозь сон, протянул Варстан. — Сколько еще нужно ждать… Тварей стало больше, так может, нужно нанести удар в самое сердце?..
— Варт! — Ортвиг схватил его за руку. — Остановись. В любом случае, сейчас, — с нажимом произнес он, — мы туда не пойдем.
Варстан остановился и провел ладонью по лицу, словно счищая паутину.
— Извини, — выдавил он. — Просто… тянет.
— Так, — мрачно протянул Ортвиг. — Мы не просто поворачиваем на запад, мы очень быстро поворачиваем и идем на запад.