— Я оживила его, — Кира впервые услышала голос рыжеволосой женщины, и поняла, что плачет: это был голос ее мамы. — Мертвый мир никому не нужен.
— Он нужен мне. — Тень дрогнула, собираясь в фигуру широкоплечего, высокого воина, с головы до ног закованного в черную броню. — Я был здесь первым, а ты… ты разрушила мое царство!
Женщина протянула ему руку.
— Мы можем создавать мир вместе. Разделим его на равные доли.
Мужчина прикоснулся к дереву — и оно, издав стон, скорчилось. Женщина вскрикнула от боли, невольно качнувшись к искореженному дереву, но мужчина остановил ее одним взмахом ладони.
— Ты же сама предложила создавать мир вместе? — издевательски протянул он. — Уже отказываешься от своих слов, праматерь мира?
— Нет. Не отказываюсь. — Женщина выпрямилась, смаргивая слезы, которые стали морями и океанами.
Мужчина снял шлем, открывая мертвенно белое лицо с одним-единственным глазом в центре лба: красным, безумным, выпятившимся из глазницы. Зрачок пульсировал, и все, на что падал его взгляд менялось, искажалось и корчилось в агонии…
— Довольно! — женщина бесстрашно шагнула вперед, закрывая собой мир. — Ты губишь жизнь!
— Я лишь возвращаю мир к его истинному облику. Есть только хаос и тьма.
— Есть только свет и жизнь!
В руках мужчины появился тяжелый двуручный меч, лезвие которого словно сочилось тьмой. С неба с грозным рыком упал дракон, распахивая крылья, чтобы защитить ту, что дала ему жизнь. Мужчина, дрогнув, отступил назад, растворяясь в тенях, а женщина с болью смотрела на мир, обезображенный безумием соперника. Осторожными, ласковыми касаниями она распрямляла изломанные стволы деревьев, счищала с них тьму, словно липкую паутину. Дракон шел рядом с ней, сжигая то, что нельзя было исправить. Женщина остановилась, устало покачав головой.
— Нельзя все сделать одной.
Она прижала руки к сердцу и осторожно отвела их, подставляя под солнечные лучи. Три маленьких огонька задрожали на ее ладонях, становясь сильнее и больше. Трое опустились на землю — двое мужчин и одна женщина. Огонь, почти потухший и ослабевший, выпустил в воздух мириады искорок, каждая из которых стала человеком.
Кира не поняла, когда все изменилось: мгновение назад она видела рождение мира, а сейчас смотрела, как рыжеволосая женщина верхом на золотом драконе бесстрашно взмывала в небо, чтобы пронзить воплощенную тьму.
Тишину расколол звон оружия. Золотой меч, созданный из лучей солнца, встретился с мечом, созданным тьмой. Брызнула кровь — золотая и черная, смешиваясь на их клинках и доспехах. Они стояли лицом к лицу в пустоте, кровь текла по мечам, падала в никуда, расплескивалась звездами в безбрежной пустоте.
— Ты не уничтожишь меня, — прошептала женщина, погружая лезвие в грудь своего врага.
— А ты не уничтожишь меня. — Черный клинок пробил белоснежный доспех. — Ни одна душа, рожденная в этом мире не сможет причинить мне зла!
— Тогда я буду искать в других мирах тех, кто остановит тебя, — женщина улыбнулась и взмахнула рукой — Кира видела, как в бесконечной пустоте стали появляться бесплотные, полупрозрачные фигурки, воздевшие ввысь мечи и копья. Мужчина рассмеялся, не обращая внимание на черную кровь, текущую по нагруднику.
— Я все равно восстану. Нет дня без ночи, без тьмы нет света.
— Да будет так!
— Да будет так!
Видение разбилось, взорвавшись изнутри. Кира ощутила, что падает в пустоту, мимо чужих, голодных звезд, протягивающих к ней свои протуберанцы…
Она с криком села на кровати, прижимая ладонь к груди. Ардан, вздрогнув, обернулся к ней — уже одетый, готовый к обходу.
— Кира?
— Я вспомнила, — прошептала она, стирая текущие из глаз слезы. — Дракон говорил, что я вспомню, так и вышло. Я… я должна идти через Лес. Ни одна душа, рожденная в этом мире не сможет его ранить!
— О чем ты? — Ардан сел рядом, дотрагиваясь до мокрой щеки. — Кого ранить?
Кира прерывисто вздохнула, прижимаясь к его ладони губами.
— Барлор. Я видела воспоминание дракона — это сотворение мира. Он был там, рядом с… Даани, — сон, слишком яркий, слишком подробный, так и стоял у нее пред глазами, и Кира сбивчиво заговорила. — Они сразились, ранили друг друга, но Барлор сказал, что никто, рожденный в этом мире, не сможет причинить ему вреда… А Даани ответила, что будет искать воинов в других мирах… Но я не воин! — выкрикнула она, вскинув голову. — Я просто… Просто человек!
Ардан обнял ее, ероша волосы на затылке, и Кира, всхлипнув, обхватила его руками, прижимаясь лицом к груди.
— Ты вернешься, — тихо, словно говоря с самим собой, сказал он. — Ты вернешься, одолев Барлора, и мы будем вместе. Я хотел бы пойти с тобой, через Лес, я бы закрыл тебя от любых тварей, исцелил твои раны…