— Ты нужен здесь, — через силу сказала Кира. — Я вернусь. Со мной, со всеми нами, все будет хорошо.
— Я буду тебя ждать, — Ардан ободряюще погладил ее по щеке и поцеловал, вот только его пальцы сжались на ее плече почти до боли, словно он не хотел ее отпускать.
В воинский квартал она шла по пустым улицам — никто еще не проснулся в такую рань, и ощущение было странным: словно она осталась последним живым человеком в мире. Кира зябко передернула плечами и толкнула дверь их домика, уверенная, что вся квадра мирно спит… и застыла на пороге под тремя парами глаз. Ортвиг, Варстан и Годриг, переглянувшись, кивнули друг другу, и Ортвиг приглашающе взмахнул рукой.
— Ну, теперь нам только Гаура дождаться, и очередное раннее собрание квадры можно считать открытым.
Кира, покраснев до корней волос, подошла к столу и уселась на свое привычное место. Последние остатки неги бесследно испарились, и вместо них пришел страх.
— Парни, — она откашлялась, пытаясь справиться с голосом. — Я кое-что вспомнила. Годриг, когда ты… отвел меня к дракону, помнишь, я упала в обморок? — Годриг молчаливо кивнул, внимательно слушая ее. — Я видела его воспоминания. Он назвал меня «душа из иного мира», и так получилось, что только я могу действительно уничтожить Сердце Барлора. Проведите меня к границе, и возвращайтесь, а дальше я сама…
— Ага. Обязательно, — Варт покачал головой. — Я с тобой пойду, как и договаривались, а эти двое…
— Не дождетесь, — буркнул Ортвиг. Дверь скрипнула, пропуская Гаура, и тот споткнулся на пороге, озадаченно глядя на них.
— Я не опоздал? — уточнил он, и Варт с широкой улыбкой махнул рукой.
— Как раз вовремя. Все, капитан, все в сборе. Показывай, что ты там в Цитадели нашел.
— Ничего, — сухо ответил Ортвиг, и дождавшись разочарованного гула, насмешливо прищурился. Годриг, хмыкнув, положил на стол свиток.
— В Цитадели такого не найти, а вот во дворце — вполне. Королевские карты, господа Стражи.
— Королевские карты! — Варт всплеснул руками. — Все, друзья, мы обречены на победу.
— Да чтоб тебя Барлор укусил! — рассердился Ортвиг, а Гаур торопливо сделал отвращающий беду знак. — Там нет карты Сердца Тумана, но… Есть карта Бранхилдиса и его окрестностей.
— Погоди, того самого? — быстро переспросил Гаур, и Ортвиг кивнул.
— Да. Если падение Барлора не слишком изменило тамошнюю местность… У нас есть примерное направление.
— И еще у вас есть я, — добавил Годриг. — Как человек, который почти добрался до цели…
— Нет, — Ортвиг резко обернулся к нему. — Тебе нельзя!
— Тебе тоже, но ты, тем не менее, уходишь в Лес, — парировал Годриг, и, заметив недоумение в глазах Варта и Гаура, приподнял брови. — Погоди, ты им не сказал?
— Так, обожаю тайны накануне серьезных походов, — Варстан сел прямо, пристально глядя на их капитана. — Орт? В чем дело?
Ортвиг, нахмурившись, сердито покосился на Годрига, и тот развел руками.
— Я могу сам сказать, если хочешь, — дождавшись кивка, Годриг откашлялся. — Так случилось, что к тому моменту, когда ваш капитан нашел меня, я стал… Померкнувшим.
— Что?! — Варт с шумом уронил руку на стол, оторопело глядя на них. Годриг, помедлив, снял плащ и, развязав ворот рубахи, распахнул его — Гаур и Варт отшатнулись, разглядев на груди темное кольцо, словно кто-то оставил там след из пепла. Годриг, пожав плечами, привел одежду в порядок. — И он не придумал ничего лучше, чем отдать мне часть своего огня.
— Ты будущий король. Это было разумно, — сухо произнес Ортвиг, и нехотя повернулся к своей квадре. — Да, мое пламя разделено на двоих.
— Тебя же должно было в Лес тянуть сильнее, чем всех нас, — пробормотал Гаур, покачивая головой. Ортвиг закатил глаза.
— У меня было отличное противоядие против его воздействия: я знал, что мне нужно присматривать за тремя оболтусами, и помогать вот ему, — он красноречиво ткнул пальцем в сторону Годрига, — чистить драконью чешую. И я повторяю, Годриг, тебе нельзя туда идти.
— Нет. Я иду туда вместе с вами. Как бывший наследник престола, как потомок Луана Копьеносца — я должен. И пусть я отрекся от короны в пользу моего брата, но моя кровь все еще остается священной, — Годриг сложил руки на груди. — И теперь тебе придется присматривать за четырьмя оболтусами.
— Храни нас Праматерь Даани и ее дети, — с обреченным видом произнес Ортвиг, закрывая лицо ладонью.
Они вышли из Эрлиса в начале часа Петуха, когда солнце едва показалось над горизонтом, выдвигаясь бок о бок с седьмой квадрой. Лес, неподвижный и безмолвный, казался чудовищем, готовым их проглотить. Кира оглянулась лишь раз, бросив взгляд на видневшуюся из-за крепостной стены крышу лечебницы, а затем город скрылся за высокими, покрытыми мхом стволами.