Настя кивнула.
— Десять минут? Как вы объясните своим друзьям такое опоздание?
— Я пока пройдусь по номерам, буду спрашивать, не видел ли вас кто-нибудь из девочек, — объяснил Веня. — Сами понимаете, предположить ваше бегство здесь, в чужой стране, маловероятно.
— А Изольда?
— Она спит, — сказал Веня.
Настя покачала головой.
— Но ведь вы рискуете, Веня!..
Тот усмехнулся.
— Вы думаете, это для меня новость? Но я все же думаю, что я рискую меньше, чем вы, Настя.
Настя кивнула.
— Спасибо вам… Если меня поймают, то можете быть уверены, я не скажу им ничего.
— Я очень хочу быть в этом уверенным, — сказал Веня. — Но у меня плохо получается. Кажется, весь сегодняшний вечер мне придется молиться.
Настя улыбнулась.
— Ради одного этого мне стоило сесть в ваш автобус.
Веня нашел в себе силы улыбнуться.
— Напрасно вы радуетесь, — сказал он. — Я ведь правоверный иудей.
— Мне думается, — сказала Настя, — что Господь оценивает поступки людей, а не их конфессии. Я искренне благодарна вам, и сама буду за вас молиться.
— Аминь, — буркнул Веня. — Вы не откажетесь поцеловать меня на прощание. Нам обоим предстоит пережить напряженные мгновения.
Настя улыбнулась, подошла к нему и осторожно поцеловала его в щеку.
— Спасибо, — сказал Веня. — Этого достаточно. Прощайте, Настя… Время пошло.
Он вышел, и дверь за ним закрылась.
10
Первым ее желанием было упасть и расплакаться. Но помня о том, что одновременно с ее судьбой решается судьба Вени Давидовича, она стала торопливо собираться. Благо, вещей было немного и сборы не заняли много времени, но на шум проснулась Изольда.
— Что такое? — спросила она, щурясь. — Что происходит…
— Галя, милая, — села к ней на кровать Настя. — Я должна немедленно бежать… Понимаешь, меня должны убить.
— Свихнулась, что ли? — скривилась Изольда.
— Это правда, — сказала дрожащим голосом Настя. — Меня только что предупредили… Извини, я побегу.
— Погоди, — ухватила ее за руку Изольда. — Не психуй, разъясни все толком!..
— Я не могу! — со слезами воскликнула Настя. — Это длинная история, а у меня в запасе всего десять минут.
Изольда некоторое время смотрела на нее изумленно, потом поднялась и стала решительно одеваться.
— Пошли, — сказала она. — Я провожу тебя… немного. Быстро!..
Весь день Додик просидел у окна с биноклем, изучая входящих и выходящих. Отель был выстроен углом, так что центральный подъезд располагался чуть ли не напротив окон их номера, что предоставляло блестящие возможности для слежки. Женя уже успела при этом куда-то позвонить и спустилась в холл, чтобы разузнать место поселения искомой девицы.
Когда она вернулась, вид у нее был раздраженный.
— Нету ее, — сказала она.
— Как, нету? — испугался Додик. — Ты точно проверила?
— В списке нету никакой Анастасии Романишиной, — занервничала Женя. — Я три раза просмотрела…
— Но ведь это они, верно? Из компании «Пегас»?
— Ну и что, что «Пегас»? — раздраженно воскликнула Женя. — Может, она смылась по дороге!.. Понимаешь, какой это облом?
Додик сел в кресло и достал сигареты.
— Не спеши, — пробормотал он. — Надо все обдумать…
А в голову ему лезли картины той ночи, когда он палил из пистолета с глушителем по спящим друзьям. Теперь ему казалось, что они смеются над ним.
— О чем там думать! — буркнула Женя. — У нас нет никаких шансов, Додик!.. Мы прошляпили все дело. Сначала там, перед границей, когда не смогли перехватить их на дороге, теперь тут. Она могла исчезнуть на всем протяжении дороги, от Москвы до турецкой границы.
Она прыгнула на кровать, закинув руки, и стала смотреть в потолок, кусая губы от раздражения.
— Нет, это невозможно, — проговорил Додик, качая головой, чтобы отогнать страшное видение. — Это не так!..
— Заткнись, — отвечала Женя. — Я думаю, что нам делать дальше… Надо звонить папочке, пусть выручает.
— Тебя-то он выручит, — проговорил Додик. — А что делать мне? Маэстро не надо ничего организовывать, достаточно пустить информацию о том, что я делал ночью в том мотеле. Уж ты-то все доложила, не так ли?
— Заткнись, — рявкнула Женя. — Мы уйдем вдвоем. Свалим в Штаты или в Бразилию…
— И что мы там будем делать? — пробормотал Додик. — Трахаться дни и ночи, пока это тебе не надоест и ты не бросишь меня где-нибудь посреди Долины Смерти?