- Он тоже с проблемами?
- Да, естественно. Он отрицает саму свою суть, поэтому жил в горах долгие века, не показываясь людям. Даже древние сущности о нем не знали, не говоря уже о недавно родившихся. Стёпка нашел его случайно, когда в очередной раз своей чушью страдал.
С нарастающим интересом слушала Зуеча, похоже, под "чушью" он подразумевает попытку директора отрешиться от мира за медитацией в безлюдном месте. Похоже, я недооценила домового, сущность явно знает все об обитателях своей земли.
- Это вы нашли директора и привели его на свою землю? - неожиданно даже для себя с моих губ сорвался вопрос.
Фёдор Зуевич недобро посмотрел на меня из под бровей. Из милого и немного чудного седобородого старичка, он превратился в старого хищника, который решает, жить тебе или умереть. Внимательный взгляд, ещё один осмотр, будто чьи-то пальцы трогают изнутри и замирают, сжимая сердце.
- Сильная ты девочка, Карина, сильная. - с каждым словом пальцы смыкались сильнее и сильнее. - Бесовку смогла фамильяром сделать, хотя считалось что это невозможно. Сильная...
- Я не делала ее фамильяром! - нашла в себе силы сопротивляться боли. - Она моя любимая подруга!
- Подруга, значит...
Миг, и я снова смогла дышать. Кира застыла изваянием, я подвинулась ближе к ней, и проверила пульс и дыхание - жива. Облегчённо вздохнула, домовому не составило бы труда убить подругу за мои вопросы.
- Верно, говоришь, чертова дочь - я привел на эту землю Степана. Ума тебе не занимать, как догадалась, что я вожу вас за нос? - с интересом спросил собеседник, будто бы ничего не случилось.
- Я общалась с домовыми, у нас с мамой живёт один из вас. Эти сущности не знают, что у хозяев внутри, поэтому ни один из них не сказал бы, что они занимаются чушью. Вы же это сказали так, будто бы как я и сделали вывод о причинах поведения Степана Станиславовича. Думаю, вы и есть истинный организатор сбора существ с ментальными проблемами.
- Проницательность не всегда благо, моя милая. - пожурил меня Федор Зуевич. - И все же ты немного не права, я домовой, пусть и не по праву рождения. Я не врал при нашем знакомстве, земли действительно прокляли, как и строителей, только не было никакой ведьмы. Я был сильным колдуном, ничуть не слабее моего отца и братьев. Меня боялись и уважали соседи, и я немного начал переоценивать свои способности. Моя племянница, дочка старшего брата не раз предупреждала меня не связываться с людьми, но они были мне столь интересны, что я начал тайно помогать или вредить им, по настроению. У каждого сильного существа в этом мире есть свои слабости, вот и у меня была одна - сердце мое переплавлено было в иглу, а игла спрятана. Братьям я не мог доверять, поэтому попросил Ягуду, племянницу мою, красивую молодую девушку, что была искусным воином и магом, спрятать мою слабость от всех, в мире, куда есть ход только ей. Помогла она мне, спрятала иглу в Срединном царствии Нави, и стал я бессмертным. Знала бы ты, как мне в голову ударила власть и сила, не сидела бы сейчас так спокойно. Начал я грешить, да людей губить, тут то и настигла меня кара. Захотел брат мой Вий, выдать дочку замуж, а та возьми да скажи, что выйдет только за победившего ее. Тоже, как и я слишком верила в свои силы, и вскоре одолел девушку Велес. Вмешался я не в свое дело, пытался остановить новоиспечённого жениха племянницы, забрать у него невесту. Наказал меня отец, Чернобогу не понравилось, что кровь его человеческие черты вобрала, да открыл дорогу к смерти моей людям. В последний момент переселил меня в тело домового, что оказался поблизости, да и проклял мои земли. Жить мне теперь в этом облике, да большей части сил лишенным. Не покинуть, не сбежать, не умереть.
Я молчала, переваривая информацию, что возможно я сижу с самым старейшим представителем рода нечеловеческого.
- Основать тут убежище для "ментально не здоровых", как ты выразилась, я захотел не сразу. Да что скрывать, я много веков жил на этой земле, и не подпускал сюда смертных. Много существ одной со мной сути приходило за советом, как им жить дальше, раненые в душе и не понимающие, что с ними. А я видел, Карина, видел то, как очеловечивались сущности, и не всегда это проходило гладко. Ещё через пару веков, информация обо мне перестала переходить из уст в уста, и знающих гостей не стало. Степан пришел на мою землю, собирался сделать с ним тоже, что делал всегда - прогнать да память стереть об этом месте, но что-то меня остановило. И не зря, оборотень рассказал о своей мечте, о том, что у него благая цель, помочь таким же, как он. Хотя чтобы понять, что болезнь парень сам себе придумал, понадобилось меньше минуты, мне все равно запала в душу его идея.