Уже ближе к вечеру, когда людей стало меньше, двери кафе в очередной раз распахнулись, впуская Максима, одетого в джинсовку, под которой виднелась апельсиновая футболка и широкие бриджи с белыми нитками внизу штанин. Его выгоревшие волосы лежали в хаотичном порядке, некоторые прядки падали на лоб, чуть прикрывая брови. Я уже издалека чувствовала его светлую энергию. Казалось, мне даже стало теплее. Кто бы сомневался, что он заявится сюда к Марине?
Она его, кстати, заметила почти сразу. Отложив исписанный заказами блокнот, темноволосая выскочила из-за барной стойки и стремительно пошла к Субботе, чтобы поздороваться. Я осталась стоять на месте, сжимая в руках меню — в течение дня я доучивала названия блюд, которые еще плохо отложились в памяти. Наверняка мои пальцы побелели, когда я наблюдала за тем, как Марина обнимает Максима своими худыми, длинными руками, а он ее обнимает в ответ, что -то ей говоря и широко улыбаясь. Правда, когда он поднял взгляд чуть выше и заметил меня, его улыбка слегка померкла, а брови удивленно поползли вверх. Я усмехнулась, наблюдая за реакцией Максима. Его мимика порой напоминала мимику ребёнка.
Отстранившись от Марины, он пружинистым, уверенным шагом направился ко мне все с тем же удивлённым выражением лица. Положив локти на барную стойку, Субботин проследил взглядом, как мимо нас прошла Марина, а затем снова посмотрел на меня. Я приподняла брови, ожидая что он скажет. Наверное, как всегда что -нибудь необыкновенно умное.
— Почём булки, девушка? — С непередаваемым акцентом какого -нибудь деда Толика спросил он. — Это булошная?
— Ты дурак, да? — Почти с умилением поинтересовалась я у него, отложив меню.
— Ты что тут делаешь? — уже обычным голосом спросил Макс. — Реально официанткой устроилась?
— Да, — пожала я плечами.
— По-любому, чтобы пить тут кофе нахаляву, — запрыгивая на барный стул, хмыкнул Субботин.
— Да, — абсолютно серьёзно согласилась я. — мне и зарплату кофе выдают. Ведрами.
— Ещё и половник, наверное, вместе с ведром кофе вручают, чтоб можно было в рот без чашки заливать, — с усмешкой предположил Максим, явно представив эту картину. — Удобно и выгодно.
— Ты раскрыл все карты, — кивнула я, возвращаясь к меню. — Никто, кроме тебя, и не догадался бы до такого.
— Даже мистер Гениальность? — Донеслось до меня. Суббота не скрывал ехидные нотки в голосе.
— Ты про Андрея? — Не отрываясь от меню, поинтересовалась я.
— Походу. Его имя вечно вылетает из башки.
— Запиши его на листочек.
— Да, обязательно. Ещё разукрашу цветными маркерами каждую букву, нарисую сердечки и повешу в рамку. В туалете.
— Максим! — Подняв глаза на блондина, возмутилась я.
— Что? — На его лице появилась шкодливая улыбка.
— Ничего, — отложив меню, я поправила высокий хвост, в который были стянуты мои волосы. — Не мешай мне. Я работать сюда пришла, а не ерундой заниматься, понятно?
Суббота перестал улыбаться и с укором на меня посмотрел, чуть склонив голову на бок.
— Это что? Булыжник в мой огород?
Я пожала плечами, принявшись протирать барную стойку. Ругаться с ним у меня желания не было. Максиму плевать, где показывать свои эмоции, а мне не хотелось терять работу.
— То есть ты хочешь сказать, что я ерундой занимаюсь? — задумчиво спросил он.
Максим, я ничего не...
— Точно, — голубые глаза загорелись. Я с детства ненавидела этот взгляд. Восторженный и слегка сумасшедший. Обычно Субботин в такие моменты придумывал что -то поистине идиотское. — Вот, почему мне так скучно! Я же не работаю!
— Ты не думал, что обычно люди работают для того, чтобы получать зарплату? — Уточнила я, настороженно посмотрев на Макса. Он покусывал губу, глядя перед собой.
— Например, чтобы купить еду или одежду...
— Да я могу и за бесплатно, — все ещё думая над чем -то, отозвался блондин. — Я со скуки помираю.
К нам подошла Марина. Положив блокнот на барную стойку, она удивленно посмотрела на Субботу.