по водам бумажных морей. В итоге старушка, по словам паломницы, так «достала» всех, что создали специальную комиссию для рассмотрения её заявлений. Стали копать по архивам, и обнаружилось: оказывается, в годы гонений батюшка принял тайный монашеский постриг и уже канонизирован Русской Православной Церковью как архимандрит Борис.
Рассказ о том, как любовь духовной дочери преодолела все препоны, был напечатан, кажется, в журнале «Фома» — в точности паломница не помнила, но рассказ, вероятно, можно отыскать. Что сказать в завершение этой истории? Святые новомученики, молите Бога о нас, грешных.
ЧАСТЬ 5
Дребязги
Мелочи жизни
Польское слово «дребязги», в переводе «мелочи», врезалось мне в память мгновенно во время налёта польских таможенников на наш переполненный до отказа общий вагон. Разумеется, это был не налёт, но таможенный досмотр с обязательной проверкой: а не вывозят ли господа из Польши вещи, не указанные в налоговой декларации? Тем не менее всё происходило в форме погрома. Сначала погранцы с автоматами пинком распахнули дверь, а потом принялись пинать чемоданы, вышвыривая из них вещи. В воздухе замелькали упаковки колготок, футболок, шарфиков под многоголосый вопль пассажиров:
— Пан, то дребязги!
Оказывается, дребязги, то есть мелочи, не облагаются налогом, а везли чемоданами именно их.
Закончилось всё очень быстро и мирно. Владелец чемодана с дребязгами (триста пар колготок) тут же собрал дань с пассажиров, а таможенники поблагодарили и элегантно отдали честь.
Моим соседом по вагону был профессор-лингвист, владеющий многими европейскими языками и отчасти русским.
— Мы шпекулянты и едем на базар в Вену, — пояснил он. — Сейчас многие интеллигентные люди имеют свой маленький бизнес, потому что зарплата учёного — пшик.
Прощаясь, профессор сказал:
— Я учёный, а трачу время на дребязги! Но то, пани, жизнь. Реальная жизнь.
Вот и моя жизнь, как чемодан с дребязгами: вроде мелочи или что-то из прошлого, но иные истории помнятся годами, а потому расскажу их.
Про муравья
Стоят два маленьких братика в храме и видят — по полу ползёт муравей. Младший брат, пятилетний Витя, задумался, припоминая: собакам в церковь заходить нельзя. И муравьям, наверное, нельзя? Хотел убить муравья, замахнулся, но старший брат, шестилетний Ванечка, остановил его:
— Что ты делаешь? Ты разве не понял — муравей к Богу пришёл!
Разговоры
После литургии стоим у храма, дожидаясь схиархимандрита Илия (Ноздрина). Моя знакомая из Козельска говорит своей подруге:
— Как батюшка скажет, так и поступай. Иначе беда.
— Какая беда?
— Как с моим племянником Фёдором. Врач обнаружил у Феди язву желудка и велел ехать на операцию в Калугу. Привела я Федю к батюшке Илию за благословением на операцию, а тот говорит:
— Не езди в Калугу. Подлечишься здесь в поликлинике, и всё пройдёт.
Но ты Федю знаешь — он мужик с гонором.
— Я, — говорит, — не нищий, чтобы лечиться в нашем убогом райцентре. Я в Калугу поеду.
А батюшка чуть не плачет, уговаривая Федю:
— Прошу и молю, не езди туда. Ты из Калуги домой не вернёшься.
Тут Федя разъярился как бык и потом дома ругался:
— Только бабы-дуры верят попам, а у меня своя голова на плечах!
Поехал Федя в Калугу. А там перед операцией стали проталкивать зонд в желудок и проткнули что-то. Началось такое кровотечение, что Федю даже до операционной не довезли. Отпели мы Фёдора.
— Да, надо слушаться старца, — соглашается с рассказчицей подруга, но, выслушав батюшку, поступает по-своему.
* * *
История вторая. Многодетная мама в слезах рассказывает батюшке Илию, что её старшая дочь, пятнадцатилетняя Верочка, мыла окна и, оступившись, упала со второго этажа:
— С тех пор почти месяц не разговаривает. Психиатр выписал Верочке направление в «дурку», а муж запретил туда дочку везти.
— Хороший у тебя муж, — улыбается батюшка. — И зачем нам «дурка»? Это просто испуг, всё скоро пройдёт.
Через день вижу эту женщину в храме. Ставит свечи к иконам и сообщает радостно:
— Верочка наша уже разговаривает и весёлая, как прежде. Прав был муж. Повезло мне с ним.