Он подумал, что все бы отдал за возвращение Сони. Кто-то невидимый ухватился за мелькнувшую в сознании Рената мысль и удовлетворенно вздохнул. Этот вздох отчетливо прозвучал под самым ухом дизайнера. Ренат повернулся, но никого рядом не было.
Зато в виртуальном интерьере салона появилась серая тень, которая прошествовала к дивану и развалилась в неприличной позе. Самое дикое, что тень эта казалась Ренату Соней, – в ее аморфных очертаниях проглядывали то фигура, то лицо, то светлая шевелюра блондинки. Она будто бы сидела и дразнила его, раздвигая великолепные колени.
– Соня!.. – вырвалось у него.
– С кем это вы разговариваете, Михеев?
Ренат поднял голову и увидел… шефа. Тот стоял над ним, прищурившись и уперев руку в бок.
– Ни с кем…
– Значит, мне послышалось?
Ренату пришли в голову слова Сони: «Меня прислал твой босс. Для поднятия духа!» Его подмывало спросить об этом директора. Только разве тот признается? Все это было странно и зловеще. Особенно тень внутри виртуального интерьера.
– Взгляните сюда, – указал на нее Ренат. – Что вы видите?
– Диван.
– Больше ничего?
– Что я должен увидеть? – нахмурился шеф. – Вашу гениальную идею по обстановке салона? По-моему, все скучно и тускло, Михеев. Добавьте ярких красок, оригинальных деталей…
Соня на экране монитора приблизилась и взмахнула руками. Ренат с ужасом осознал, что это – крылья. Вместо великолепных кудрей лицо девушки обрамляют пышные перья, а изо рта торчат длинные клыки.
– А-а!
– Да что с вами творится, Михеев? – разозлился директор. – Вы меня напугали!
– Простите, я… мне что-то нехорошо…
В ту ночь Эдик так и не дождался, пока Лариса выйдет из ресторана «Туз». В заведение его не пустили, сославшись на отсутствие свободных мест. А таксист, который его привез, наотрез отказался стоять и «мозолить глаза здешним заправилам».
– Тебе тоже не советую, доктор, – добавил он. – Если твоя жена с кем-то из бандитов спуталась, уступи по-хорошему. Иначе плохо кончишь!
Эдик ужасно боялся, но не подавал виду. Когда таксист уехал, он остался один в темноте под деревом. Ветер раскачивал ветки, играл молодыми листьями, пробирался под легкую курточку доктора, и у того по телу бегали мурашки.
Глупо и опасно было следить за «бандитским притоном», как он про себя окрестил ресторан. Эдик не собирался лезть на рожон. Но и уйти несолоно хлебавши не мог.
Он поднял воротник, сунул руки в карманы и переминался с ноги на ногу, представляя себе, как Лариса веселится в полутьме зала, пьет вино и танцует в объятиях другого мужчины.
«Она меня бросила! – сокрушался Эдик. – Променяла на жулика с толстым кошельком! Так мне и надо. Я слюнтяй, слабак. У меня даже машины нет! Все деньги уходят, как в песок, кредит не выплачен, перспективы жалкие. Что я могу ей предложить, кроме руки и сердца? А этим нынешних барышень не прельстишь!»
Он забыл, что сам же тщательно избегал намеков на женитьбу и собирался бросить Ларису первым, как только она ему надоест. Вдруг взыграло самолюбие: у него из-под носа уводят женщину! Это взбесило доктора. Отношения с Ларисой приобрели неожиданную ценность. Эдик не то чтобы решил бороться за свое счастье, – скорее не желал оставаться в дураках.
Стоять на улице напротив входа в ресторан было страшновато. Эдик понимал, что рискует. Заведения, подобные «Тузу», хорошо охраняются внутри и снаружи.
Доктор притворился, что прогуливается, подкрался поближе к «Ленд Роверу» соперника и запомнил номера. Вот, пожалуй, и все, что он может сделать.
Один майор из ГИБДД был его частым пациентом. Эдик сошелся с ним на почве коронок, которых майору требовалась уйма. Доктор подсказал ему, как удешевить протезирование, и свел со своим человеком.
«Жаль, что ты не водитель, – сетовал майор. – А то бы и я тебе пригодился».
Эдик полез в карман за сотовым, бормоча:
– Вот ты и пригодился…
Он несколько раз набирал номер майора, но тот не брал трубку. Прошло долгих и тревожных полчаса, прежде чем тот перезвонил.
– Я на дежурстве, дружище. Служба у нас, сам знаешь, беспокойная, так что…
– У меня просьба!
– Да? – удивился майор. – Машину, что ли, покупаешь? По базе пробить?
– Пробить, пробить.
– Ну, валяй…
– Мне срочно!
– Срочно не обещаю.
– Я хоть раз о чем-нибудь просил? – взвился Эдик.
– Ладно, ладно, не кипятись. Говори, я записываю…