– Изменилось.
– И у меня! Я попала в беду, Ренат, и не знаю, что со мной будет. Выручай!..
– Я подъеду, – не раздумывая, предложил он. – Говори куда.
– Ко мне домой нельзя. На работу я не хожу… Я боюсь! Происходит что-то ужасное!
– Где ты сейчас?
– У друга…
– Это твой любовник? Стоматолог?
– Бывший любовник, – прошептала Лариса, оглянувшись на дверь. – Его лучше не посвящать в подробности…
– Разумеется. Я не собирался.
– Это исключено! Он сдаст меня в полицию… или в психушку!
– Все так серьезно?
– Меня чуть не убили… по-настоящему! В меня стреляли…
– Ты связываешь это…
– С Вернером и нашими опытами в лесу!
– Полагаешь, у нас получилось?
– Вернер потирает руки и ждет, когда мы попросим его вмешаться…
– Пошел он… – выругался Ренат.
Благодаря Ларисе его догадки подкрепились фактами. Она не сказала, как именно изменилась ее жизнь… но Ренат догадывался.
– Ты же не считаешь меня сумасшедшей?
– Конечно, нет. Хотя…
– Я сама не уверена, – упавшим голосом сказала она. – В любом случае, нам необходимо увидеться.
– Когда? Где?
Лариса назвала адрес Эдика, улицу и дом. Это было рискованно, но кроме Рената ее никто не поймет. Он единственный, кому можно довериться.
– Я буду через час, – пообещал он. – Выйдешь и сядешь ко мне в машину…
Эдик молча ждал, пока к подъезду подкатит красная «Мазда». Лариса нервничала и нетерпеливо вздыхала.
– Ну и кто это?
– Мой товарищ… по клубу.
– А по жизни он кто?
– Дизайнер.
– Его, случайно, не Вернер подослал? – злобно осведомился Эдик.
– Успокойся и жди моего возвращения.
– Ты предлагаешь мне успокоиться? После того, как тебя чуть не убили?
«Цветок саванны» слегка царапал Ларисе кожу. Уходя на вокзал, она взяла брошь с собой. Приколола ее к бюстгальтеру, подсознательно понимая, что может случиться непредвиденное.
Лариса не показала «Цветок» Эдику, не проговорилась о камнях. Бывшему любовнику лишнего знать не следует. Пользы от этого никакой. Другое дело – Ренат. Художник должен разбираться в драгоценностях. Если нет, у него могут быть знакомые, которые разбираются.
Усевшись на переднее сиденье, Лариса внимательно посмотрела на водителя. Ренат осунулся, рубашка в клеточку висела на нем, глаза горели болезненным огнем.
– Неважно выглядишь…
– Ты тоже не блещешь, – парировал он. – Я неделю провалялся с бронхитом. Еле очухался.
– А я слегла с гриппом. Странное совпадение, не находишь?
– Мы попали под дождь и промокли. Ты сразу почувствовала себя неважно.
– У меня была высокая температура, бред…
– И мне досталось. Пришлось колоть антибиотики.
Они ходили вокруг да около, избегая касаться главного, ради чего понадобилась эта встреча.
– Ты что-нибудь понимаешь в ювелирке? – решилась Лариса.
– Когда-то давно я занимался дизайном ювелирных украшений. Хочешь заказать эксклюзивную безделушку?
– Мне нужна твоя консультация.
– Кажется, речь шла об эксперименте, – недоуменно пожал плечами Ренат. – Я ошибся?
– Иногда разные вещи бывают тесно связаны. Отвернись. Я кое-что достану…
Она сунула руку в вырез платья, долго возилась с застежкой, и наконец извлекла из чашечки бюстгальтера «Цветок саванны». В салоне будто вспыхнула золотая зарница.
– Что это?
– Брошь. Сколько она может стоить?
Ренат взял украшение в руки и восхищенно присвистнул.
– Ого! Фамильная драгоценность?
– Не совсем…
– Ну да, непохоже. Эту брошку изготовили недавно. Судя по застежке и прочим деталям, в которые я не буду вдаваться… вещицу делали за границей. А камни…
Ренат поворачивал «Цветок», наблюдая за игрой света, и его лицо дрогнуло. Он не спешил делать вывод, разглядывая огранку камней.
– Если бы не цвет, я бы сказал, что это… бриллианты.
– Настоящие?
– Я не настолько узкий специалист. Фальшивку исключить нельзя, однако она высшего качества. Такие крупные бриллианты, да еще желтые, – он недоверчиво усмехнулся и покачал головой. – Не представляю, сколько может стоить эта брошь. Откуда она у тебя?
– Подарок.
– Ничего себе! Ты познакомилась с арабским шейхом?
– Почти.
– Будь камни в самом деле бриллиантами, они бы потянули на целое состояние. Кто же так расщедрился?
– Мачо, – вырвалось у Ларисы. – То есть… мой новый ухажер. Язык не поворачивается называть его так… но другого слова не подберу.
– Я догадываюсь, откуда явился этот Мачо. Поразительно! Значит, тебя хотели убить из-за броши?
– Никто не знает о ней. Кроме тебя!.. Ты же не будешь… покушаться на мою жизнь?