Он встал и вышел в курилку. Там дымящий люд хмуро обсуждал житейские неурядицы: болезни детей, капризы жен, придирки тещи, кредиты, которые надо выплачивать, рост цен…
«Мне бы их заботы», – позавидовал Ренат и попросил сигарету.
– Ты же бросил! – удивились курцы. – Опять потянуло?
Ренат отказался от табака из-за бронхита. Кашель замучил. Но теперь кашель казался пустячной мелочью по сравнению с тем, что на него навалилось. Он с отчаянием затянулся, как приговоренный перед казнью. Должно быть, его состояние отразилось на лице.
– Что с тобой, Михеев? Проблемы?
– А у кого их нет?
– Может, тебе помощь нужна? Ты скажи, мы с ребятами сбросимся…
– Не травите душу! – вспылил Ренат. – И так тошно!
Он злобно затушил окурок и вернулся за компьютер. В груди саднило от табачного дыма, голова раскалывалась. После бессонной ночи болели глаза, ум объявил забастовку. Исступленные мысли были только о Соне и ее ласках.
В обед, когда сотрудники разбрелись кто куда, он позвонил Зое.
– Привет!
– Не ожидала, – сухо обронила она. – Чем обязана?
– Я… у меня к тебе просьба…
– Если ты о деньгах, то я больше не дам. Самой нужны. Я дом достраиваю, сына поднимаю одна. Ты и так мне должен, милый. Когда собираешься отдавать?
– Надо поговорить…
– О чем? По-моему, все предельно ясно.
– Ты не хочешь меня видеть?
– Какой в этом смысл, Ренат? У тебя есть другая…
– Ты мне нужна! – выдавил он. – Я кое-что понял, Зоя…
– Сам понял, или тебе помогли? – усмехнулась она, намекая на отморозков, которые угрожали Ренату.
– Зачем ты их подослала?
– Я женщина одинокая. Кто за меня заступится?
– Не прибедняйся…
– Мне некогда болтать, милый. Извини, дела.
– Постой!.. Погоди… – спохватился Ренат. – Не клади трубку… У меня есть предложение!
– Руки и сердца?
– Ты ставишь вопрос ребром? Это шантаж!
Зоя рассмеялась. Конечно, это шантаж с ее стороны. Она осознанно пошла на такой шаг, пустила в ход последний аргумент. В борьбе за любовь все средства хороши.
– Я люблю тебя, Ренат…
– Хочешь, чтобы я был с тобой?
– Принудительно?.. Нет!.. У тебя есть выбор. Ты свободный человек.
– Выслушай меня хотя бы…
– Ладно. Говори!
– Я хочу сказать тебе это с глазу на глаз…
Ему удалось поколебать решимость Зои. Несмотря на обиду и ревность, она еще питала иллюзии, что он одумается и вернется к ней.
Она растерянно молчала, и Ренат поспешил закрепить успех:
– Давай встретимся в парке, в Кузьминках. Я знаю одно романтическое местечко. Тишина, летний сумрак и руины прошлого…
– Может, лучше ресторан? – оттаивала Зоя. – Заодно и поужинаем.
– Только парк!.. – с придыханием возразил Ренат. – Звездное небо, столетние деревья и синяя гладь пруда. Когда-то влюбленные пары катались там на лодках, украшенных фонариками…
– Ты собираешься меня утопить?
Это была мрачная шутка. Тем не менее, Зоя попала в цель. Женская интуиция давала ей подсказку, на которую она не обратила внимания.
– Мы утонем вместе! – подыграл ей Ренат. – Чтобы на том свете соединиться навеки!
– Прекрати…
– Ты согласна?
Он задал вопрос тоном жениха, с трепетом ожидающего решения своей судьбы. И Зоя не устояла.
– Так и быть. Уговорил…
Какая незначительная деталь иногда способна повлиять на ход событий! Если бы рядом с Эдиком в автобусе ехала не пожилая дама, которая своим храпом мешала ему уснуть, он бы не повернул назад. Впрочем, «роковые обстоятельства», по мнению Вернера, являются прямым следствием кармы, а вовсе не прихотью провидения.
Эдуард Терехин не был членом клуба, основанного бывшим скульптором, поэтому не слышал высказываний гуру. Однако незнание «космических» законов не спасает от действия этих самых законов.
Доктор дремал, откинувшись на мягком сиденье, и его дремота была полна противоречивых размышлений. С одной стороны, он побаивался возвращаться в свою квартиру. С другой – было необходимо навести там хоть какой-то порядок и заменить дверь. В то же время он помнил, что злоумышленник проник в гостиную через балкон, а значит, двери и замки для него не преграда. Квартира перестала быть для Эдика надежной «крепостью», и этот факт выбивал его из колеи. Неизвестно, примет ли его тетка… и если примет, то на каких условиях…
– Хр-ррр-рррррр!..
Рулады соседки периодически заставляли доктора вздрагивать и открывать глаза. Сообразив, что он сидит в салоне автобуса, Эдик снова погружался в беспокойную дрему.