– Настоящие, – прошептала Соня, словно пробуя это слово на вкус. В её глазах читалась смесь удивления и благодарности. Я чувствовал, как между нами натягивается невидимая нить, связывающая наши сердца.
Внезапно в комнате завибрировал мой телефон. Я поморщился, не желая прерывать этот момент.
Я неохотно отстранился от Сони, доставая телефон из кармана. На экране высветился номер Аверина. Ну конечно, кому еще приспичило звонить в самый неподходящий момент?
– Прости, нужно ответить, – сказал я Соне, чувствуя себя виноватым за то, что нарушил нашу идиллию. Она понимающе кивнула, а я принял вызов и зачем-то поставил его на громкую связь.
– Да, Илья? – буркнул я в трубку, наблюдая, как Соня подошла к окну, разглядывая город.
– Игнат, ты где пропадаешь? Мы тут таких тёлочек нашли! - После его слов моё сердца ушло в пятки. Медленно поворачиваю голову к медсестричке, с надеждой, что она ничего не слышала, но, увы…
Соня резко обернулась, её глаза метали молнии. Я понял, что громкая связь была огромной ошибкой. "Тёлочки"? Да ещё и после всего, что между нами произошло? Я был готов провалиться сквозь землю.
– Что значит "тёлочек"? – Ледяным тоном спросила Соня, приближаясь ко мне. Я впервые видел её такую злую.
– Сонь, послушай, это Аверин, он не в себе.– попытался оправдаться я, понимая, что звучу жалко.
– Да мне плевать, кто это! Ты только что говорил мне о чувствах, о том, что я тебе нравлюсь, а теперь оказывается, что ты ищешь каких-то "тёлочек"? – Её голос дрожал от гнева и обиды. – Да ты… ты просто бабник!
Я попытался подойти к ней, но она отшатнулась, словно я был заразным. Я понимал, что сам во всем виноват. Аверин, конечно, придурок, но это я включил громкую связь. Как я мог быть таким идиотом?
– Соня, я… – начал я, но она перебила меня.
– Не подходи! Не хочу тебя видеть! – Она быстро собрала свои вещи и направилась к двери. – Забудь про меня, Игнат. И ищи своих "тёлочек"! -Соня выбежала из квартиры в слезах, хлопнув дверью. Я не задумываясь побежал за ней. Я рванул к двери, но было поздно. Соня уже выбежала на лестничную клетку. Я выскочил следом, крича ей вслед:
-Соня, стой! Послушай меня! - Но она не останавливалась, лишь ускоряла шаг. Я гнался за ней, как безумный, спотыкаясь на ступеньках. - Соня, это все не так, как ты думаешь! Дай мне объяснить!
Она почти выскочила из подъезда, как вдруг… врезается в моего деда?! Да что ж это такое-то?! Сначала этот придурок Аверин, теперь ещё и этот хрен старый! Кого дальше ждать?
Глава 28
Игнат
Соня отшатнулась от деда, словно ошпаренная кипятком, и я увидел, как по её щекам ручьями текут слёзы. В глазах плескалась боль, что у меня сердце сжалось от невыносимой вины. Я чувствовал себя последним подонком на этой земле.
Дед удивлённо уставился на Соню, потом на меня, и в его взгляде читался немой вопрос. Но я не мог ничего объяснить. Я просто стоял, как вкопанный, и смотрел, как рушится всё, что только начало строиться.
– Что тут происходит, Игнат? – строго спросил он.
Я пропустил его вопрос мимо ушей, зато, воспользовавшись моментом, пока Соня застыла в испуге, глядя на моего деда, подошёл к ней и притянул к себе. Она аж взвизгнула на весь подъезд от неожиданности. И тут, как назло, являются отец с бабушкой. Ну вот, только семейного сбора не хватало!
-Игнат, что тут происходит? - Спросил отец, осматривая зарёванную Соню.
Внутри меня всё кричало от отчаяния. Я понимал, что каждое моё действие только усугубляет ситуацию, но не мог остановиться. Мне казалось, что если я отпущу Соню сейчас, то потеряю её. Её хрупкое тело дрожало в моих объятиях, а я чувствовал себя ничтожным, бессильным утешить её боль.
Отец с бабушкой застыли в дверях, ошеломлённые увиденным. В их взглядах читались вопросы, упрёки, непонимание. Но я не мог им ничего объяснить, не сейчас.
Я крепче прижал Соню к себе, стараясь хоть как-то защитить её от всего этого хаоса. Её слёзы жгли мою кожу, словно кислота, и я готов был на всё, чтобы остановить этот поток боли. Но я знал, что одними объятиями тут не поможешь. Мне нужно было найти слова, нужно было как-то объяснить ей, что она – сейчас самое важное, что есть в моей жизни.
– Сонь, ну Аверин придурок! Я вообще не понимаю, о каких бабах он там говорил! – выпалил я, и тут же заметил, как в присутствии моих родных Сонька вся покрылась румянцем. Щёки у неё прямо заполыхали.