— А, понятно.
Алексей закрыл авто, поскреб ногтем невидимую царапину на крыле, потом двинулся в сторону сада.
— Ух ты, красиво как…
На самом деле еще ничего такого не было. Просто развалили все старые грядки, выровняли, начали строить альпийскую горку. Правда, прикатили пару валунов. Девицы играли где-то за деревней и отыскали там эти камни, очень круглые, красивые. Договорились с соседом он привез на телеге за бутылку водки… Потом еще покатал, дети очень радовались, а от толстой, грязной лошади пахло потом, и этот запах был приятен.
— Видишь, какую вы работу делаете? Да я на вас еще и экономлю! Если дизайнера нанимать, столько денег пришлось бы выложить! А? Не согласна?
— Нет. Не согласна.
— А зря. Я правду говорю.
Он еще постоял, жадно фантазируя на тему будущего оазиса. Видно было, что человеку очень небезразлично то, что происходит.
— Слушай, а если я пальму привезу? С корнями, как полагается… Будет тут пальма расти?
Наташа задумалась. Нет, конечно, не будет здесь расти пальма. С чего ей тут расти? Тут холодно… Может быть, он так шутит?
Нет, вроде бы не шутит. Прищурил глаз, всматривается, как будто представляет себе вожделенную пальму, коронующую горку. И вокруг — соседские коровники…
— Думаю, пальма помрет. Тут же холодно. А вот елка какая-нибудь или сосна…
— А какая сосна?
— Ну, не знаю… Любая…
— Слушай, — Алексей схватил Наташу за руку. — Давай съездим со мной куда-нибудь в цветочный салон! Поговоришь с ними, пусть они тебе расскажут, что можно посадить! Так хочется необычного! Съездишь, а?
— Съезжу, — пообещала Наташа и успокоилась.
Его действительно интересует только сад.
Ирочка тискала клавиши аккордеона, а сама была мыслями далеко-далеко… Ах, как хочется в Италию… Ах, как там будет здорово… Она возьмет с собой одно такое платьице, мама дорогая!
В этом платьице нельзя гулять по кривым итальянским улицам. В нем нужно порхать, собирая на себя все взгляды. Жаркие взгляды жарких итальянских мужчин… Заорал телефон и все испортил.
— Ира!
— Мать, ну чего тебе?
— Ты когда уезжаешь?
— Через неделю!
— Тетя Сима просит денег в долг. Через месяц отдаст.
— Не дам я ей денег. Она у меня уже брала один раз, отдала только через год.
— Ира!
Но Ирочка не успела поругаться с Валентиной Сергеевной, хотя уже была готова.
Ей вдруг стало плохо и муторно. Она прижала трубку к груди, а сама повалилась вперед и даже высунула язык по-собачьи. Такой приступ тошноты.
Через полчаса пришел Ромка из института и был очень озадачен поведением жены. Ирочка бегала по квартире, копалась в шкафах, разбрасывала бумагу и грязно ругалась.
— Что-то случилось? — поинтересовался Рома между двумя абзацами Ирочки.
— Да! Я потеряла свой календарь!
— И что? Это так плохо?
— Это охренительно плохо! Это просто задница!
Рома испугался. Он не очень понимал, чем же может так расстроить календарь, но спрашивать дальше было рискованно.
— Чего стоишь? — рявкнула вдруг Ирочка и швырнула в него чем-то, что держала. — Беги в аптеку за тестом!
— Куда?
— В аптеку, козел!
Он юркнул в коридор, натянул кроссовки, но уже у двери остановился, хотя понимал, что сейчас крепко получит.
— Ира! Объясни еще раз, что я должен купить?
— Да тест! Тест на беременность!
О-ля-ля!
Он полетел птицей. Ему вдруг стало так страшно, как если бы сейчас началась война и надо было срочно купить средство для спасения от пуль и газов.
Потом еще было несколько мучительных минут в аптеке. Дама за прилавком строго смотрела, а он никак не мог понять, что же у нее попросить. Как это называется, сколько стоит… Может быть, у него денег не хватит, тоже будет стыдно. А еще она, конечно, подумает, что это он виноват в беременности… Ужас!
— Простите… У вас есть… Э-э-э… Для определения беременности?
Холодный, презрительный взгляд.
— Есть.
И бросила на стекло несколько пакетиков с розочками. Выбирай, извращенец!
Рома тихонько потрогал пакетики, поискал на них ценники. Стоит немного, и на том спасибо.
— Я возьму все.
Она пожала плечами.
Потом он сидел на кухне, стучал ногтями по столу, а Ирочка занималась делом в ванной. Вышла бледная и молчаливая.
— Вот. Сейчас проявится... Если две полоски — беременность есть. Если одна — нет.
Она положила тест на стол, сама села рядом.
Оба смотрели и видели, как медленно и верно, розовея, потом краснея, потом просто багровея, проявляются две полоски…