А потом к Наташе забежала медсестра, проверила спины, произвела все необходимые процедуры. Лицо медсестры выражало легкое удивление:
— У вас такие друзья знаменитые! Я и не думала!
Наташа только морщилась. Знаете, как больно, когда штыри…
— А я сижу, смотрю — какое-то лицо знакомое! А они, оказывается, на телевидении работают! Я тоже хотела на телевидении работать, да мать сказала, что без профессии в наше время никак! А врач всегда будет свой кусок хлеба иметь! Маленький, но стабильный! Конечно, лучше было бы в стоматологию…
Больно. Каждый раз больно. Сколько времени прошло, а все равно больно.
— А у нас вчера молодого парня привезли, пытался с собой покончить! Я просто не понимаю таких людей! Кому сейчас легко? Зарплаты маленькие, вещи дорогие! Народ без работы сидит… Ну так это же у всех так! У всей страны! Нужно смириться, найти себе занятие для души! Ко всему можно притерпеться, я считаю! Если каждый из-за проблем будет выбрасываться из окна, мы полгорода потеряем!
Потом медсестра нашла утку с пеплом и окурками. Она помолчала, выбирая слова.
— Знаете, я понимаю… Но в палате лучше не курить. А то заведующая узнает, мало не покажется… Или, если курите, за окно потом высыпайте, чтобы следов не оставалось! Слышите?
Наташа слышала только боль.
Лена вошла в зал с некоторым трепетом: все-таки бомонд. И даже если ты сам прекрасно знаешь, откуда в телевизоре берутся люди, попадать в их живое общество очень волнительно.
— Ты смотри, какие люди, а? Мама дорогая! Вон Тиханович с Поплавской! Вон Ярмоленко! Вон ведущая эта известная… красавица такая… Алена Спиридович! Вон малышка прикольная, которая смешную передачу ведет… Лариса Грибалева! Хорошенькая! — Сергей рядом, тоже волнуется. — Видала, какая поляна? Сейчас еще только оператора найти где-нибудь под столом… Не дай Бог нажрался…
Они медленно двинулись вдоль столиков, ловя на себе взгляды. Это были очень поверхностные взгляды, не цеплявшие даже эпидермиса. Только одежду и чуть-чуть — лицо. Очень быстрые, безразличные.
— Надо купить тебе нормальный костюм, — сообщил Сергей. Значит, и он почувствовал. Но сказал зря. Лена тут же ощутила себя слоном в посудной лавке. Действительно, как можно жить без нормального костюма? Все эти люди вокруг такие утонченные…
— Улыбайся. Тебя узнают.
— Кто меня узнает?
— Многие. Теперь важно показать, что ты настроена позитивно, но сама к ним на шею не бросишься!
И он зачем-то взял ее за локоть, как будто это могло поспособствовать созданию имиджа позитивной неприступности.
— Здравствуйте, — сказал Сергей кому-то. — Здравствуйте.
Они добрались до местечка, где полыхал одинокий фонарик операторской камеры. Оператор снимал «крупняки», вел себя достойно и уныло.
— Где вы ходите? — поинтересовался он. — Награждение пропустили!
Сергей выразительно посмотрел на Лену. Получила? Поистерила? Побегала по улицам? Вот, догоняй теперь церемонию!
— И что теперь делать? — Лена от страха перешла на шепот. — Что же теперь делать?
— Ничего! Кофе пить! — грозно отозвался Сергей. — Пирожными закусывать! Тусоваться! Рассказывать о собачках!
Лена посмотрела на оператора. Что делать, оператор?
— Ну, я вообще-то все снял… От начала и до конца… Сейчас можно просто взять интервью у тех, кто выступал…
Сергей?
Он все не оттаивал, хотя было видно, что жить ему стало легче.
Лена вздохнула с облегчением. Ну, пусть дуется, имеет право. Действительно, виновата. А пока он дуется, Лена поговорит с кем-нибудь, возьмет интервью. И все уладится.
— Вон Езерская, — кивнул Сергей. — Иди с нее начинай.
Великолепная Элеонора Езерская, светская львица! Царица эпатажа, явление! Дама, к которой страшно подойти, так она в своих мехах непостижима и великолепна!
— Здравствуйте! — сказала ей Лена, смело сказала. — Извините. Можно взять у вас интервью?
— Можно, — улыбнулась ей Великолепная. — Я вас узнала! В принципе, мне нравится то, что вы делаете!
Дальше все пошло быстро, даже где-то странно быстро. Хрустальные люди из телевизора оказались реальными настолько, что можно было рассмотреть капельки пота на их высоких лбах…
Оказывается, им всем нравилось давать интервью!
Сергей наблюдал за процессом издали, ревниво вертел ухом.
— Это кто снимает? — спросили сзади.
— А, это… Кабельное… — ответили сзади же. С некоторым пренебрежением.
— А что за девочка с микрофоном?
— А, местная!
— Хорошая девочка!
— Девочка хорошая, канал — фигня…